Книга Узник тумана, страница 74 – Мария Лунёва

Вынув свободное серое платье, разложила его на койке.

— Сонья! – голос Лассе за моей спиной уже не был столь уверенным.

Догнал, значит, и штаны при нём имеются.

Отвернувшись, я стащила с себя его вещь и натянула поверх обнажённого тела свою. Мне стало спокойнее в простеньком невзрачном платье. Подойдя к ставням, распахнула их, впуская в комнату свежий воздух.

На улице бегали девочки послушницы. Эта картина заставила меня замереть. Они играли в догонялки. Чуть поодаль под деревом сидела Эстрела со своей новорождённой малышкой и кормила её грудью.

Подавшись вперёд, подняла голову. Призраки! Светлые души кружили над храмом.

— Что ты завелась, Сонья? – Лассе тяжело вздохнул. – Что ты от меня ждёшь? Хочешь видеть в моих глазах жалость? Чтобы я бегал с тобой на руках и соловьём заливался о глубине моих чувств? Я вардиган! Я просто право не имею на слабость. На сюсюканья и растекания лужицей у твоих ног. Но это не значит, что ты мне безразлична! Что я не испытываю к тебе чувств! Меня заботит и твоё тело, и твоя душа. Я хотел, чтобы ты помылась. Надела красивые новые платья, а не рядилась в эти тряпки. Я не понимаю, почему ты так упорно хватаешься за это убогое существование?! – мужские руки скользнули по моей талии. Сжав меня, Лассе притиснул к себе. – Ответь мне, только честно. Хочешь, чтобы я трясся над тобой? Лелеял твои детские обиды? Чтобы мы на пару омывали слезами твои душевные раны? Да я жесток, но иначе нельзя.

Я не отвечала. В моей голове назревал очередной бунт.

— Молчишь?! – в его словах звучала неприкрытая ярость. – Зря! Хоть перед собой будь честна. Что тебя задело? Я посмел быть жёстким с тобой?

Я лишь поджала губы.

— Не желаешь говорить? Онемела. А, может, тебе дощечку дать? Уголёк? М-м-м?

Не удержавшись, я вывернулась из его объятий и ударила кулаками. Со всей силы. Ещё раз и ещё. Он стоял истуканом и не защищался, позволяя мне вымещать свою злость. А я всё наносила удары по плечам, груди… Пока не выдохлась.

Наконец, замерев, ощутила такую пустоту.

— Вот так лучшие! – обхватив затылок рукой, он жадно впился в мои губы. Яростно! Зло! Словно мстил за побои. Сжимая всё сильнее, кусал и ласкал с такой нежностью, что я терялась. Чужой язык скользнул по моим зубам, нёбу… Я ощущала его вкус: терпкий, солоноватый. Поглаживая своим языком мой, Лассе будто нарочно не позволял мне сделать глубокий вдох… Но и этого ему было мало. Его руки жадно полезли вверх, комкая подол платья и собирая его на талии. Мужское бедро вклинилось между моих ног. Мягкий толчок и я оказалась прижата к стене.

Его натиск пугал. Не оставляя в покое мои губы, он всё неистовее вжимался в меня. Чувствуя, как бешено колотится моё сердце, а внизу живота становится предательски жарко и мокро, я, собрав остатки своих сил, решительно толкнула мужа.

— Лассе, нет! Остановись, – эти слова дались мне с трудом.

Но он меня услышал.

Замерев, северянин разжал руки, позволяя подолу платья скользнуть по бёдрам вниз.

Отстранившись, Лассе коснулся моего лба своим, заглядывая в глаза так пристально, что, казалось, он видит душу.

— Ты потерялась, моя сияющая девочка! Заблудилась в тумане, – в его голосе появилась хрипотца. – Я помогу тебе… Вместе мы найдём дорожку к свету. Правда?

Его рука скользнула по моему бедру. Даже через ткань я ощущала ошеломляющий жар его ладони. Казалось, северянин просто не может не касаться моего тела. Сглотнув, я осторожно сжала пальцами его запястье.