Книга Узник тумана, страница 129 – Мария Лунёва

— Лассе, а как ты брод преодолел? Как ты вообще меня отыскал? – я снова зашлась в кашле.

Похоже, я всё же поймала лёгкую простуду.

— Очень просто, малыш. Достаточно раздеться, – усмехнулся он.

Приподняв бровь, я поджала губы. Да, сама я не догадалась.

— Это опыт, Сонья. Я полжизни провёл в походах и действую, даже не думая.

— Я тоже опыту наберусь, – немного уязвлённо проворчала я.

— Нет, – он нахмурился. – Ты, моя импульсивная ягодка, будешь сидеть дома в тепле и, окружённая красивыми вещами, грезить ярмарками и нарядами. Иначе, что я за мужчина?

Соображая, что ему ответить громко чихнула. Нос защипало.

— Лассе, кажется, я и правда простыла…

— Да и я хорош, не сдержался. Клялся же самому себе, что дома в мягкой пастели, а не на земле. На этом пепелище…

Он умолк и склонил голову. Мне достался вопросительный взгляд. Но я поняла, о чём он думает.

— Рольф! – поёжилась я, кутаясь в кафтан. – Стыдоба какая. Я надеюсь, у него видения не детальные.

— Он провоцировал меня. Знал, что я ревнив. Знал, что не сдержусь, побоявшись, что потеряю.

— Он не всезнающий, – я покачала головой. – Иначе он не позволил бы мне выйти из тумана…

— Да знал он всё! – прорычал Лассе. – Фальк должен был плыть, но Рольф влез в лодку, никого не слушая. Как же он меня достал со своими играми!!! Дёргает ниточки как кукловод.

В знак согласия я чихнула.

— Всё, Сонья, отбегалась. Слишком много купаний в последние дни.

Подняв меня на руки, Лассе пошёл прочь с поляны к храму. Обняв его за плечи, я провожала взглядом это пепелище. На душе было легко и хорошо.

Будто тут сгорела вся моя боль.

Мы продвигались вперёд, обходя небольшие овраги и заросли молодого кустарника. Вечерело. Рядом раздался подозрительный шорох и треск веток. Кто-то отдалялся. Неужели это Клэти теперь блуждает вокруг храма, пока её душа парит над ним.

Я не хотела об этом думать. Надо отвлечься.

— Лассе, – негромко пробормотала я, хрипя, – расскажи мне о своём доме. Прости, я забыла, как ты назвал его.

— Сарскот, – охотно отозвался он. – Пока это только выровненный участок земли, на нём мы уже отстроили большую деревню. В ней проживают семьи моих воинов и люди, что прибывают к нам на поселение. Кузнецы, плотники, гончары, бондари. Мастера у иных всегда в почёте. Мальчиков с детства обучают ремеслу.

— Ты резчик, – вспомнила я.

— Да. Рольф – кузнец-оружейник, как и его отец. Лахлан – гончар, хоть он и Снежный, но его с детства тянуло к гончарной печи. Фальк – золотарь. Хаук – резчик, как и я, но если в моих руках нож гуляет по дереву, то в его – по костям.

— А Атлин? – мне стало так любопытно, сколько всего я не знала о его семье.

— А Атлин… – он призадумался. – А она дочь клана Бессон, и поэтому не обязана ничего уметь.

Я засмеялась. Лассе покачал головой.

Мы немного прошли в молчании, но я опять не выдержала:

— Лассе, а где мы будем жить?

Поёжившись, я обняла его крепче за шею.

— Крепость уже заложена. Ещё мы решили огородить её стеной. На севере это особо не принято, но тут я заметил – все князья воздвигают её.

— Ты говоришь неуверенно.

— Я не знаю, Сонья, как правильно… Традиции юга так сильно отличаются от наших. Изначально я хотел жить по законам севера, но я не могу переделать людей, переиначить их веру, запретить обряды. Это неправильно. Поэтому мы осторожно ищем ту грань соприкосновения культур, что поможет нам принять и понять друг друга.