Книга Поместье Блэкторн, страница 27 – Джей Ти Джессинжер

— Больше детей, ты хочешь сказать.

Я закрываю глаза и тяжело выдыхаю через ноздри. Их словно обжигает огнем.

— Нет ничего неразумного в том, что отец хочет увидеть своего ребенка. Не говоря уже о том, что это мое законное право, верно?

— Ты сейчас надо мной издеваешься? Голый труп моей бабушки вынесли в окно, а ты внезапно заинтересовался обсуждением прав на встречи с дочерью, которую вообще не хотел?

— Я хотел ее. Просто тогда не знал об этом.

— Я даже ответом этот бред не удостою.

— Знаешь, я искал тебя. Много лет тебя разыскивали лучшие частные детективы. Но ты как будто испарилась. За пределами Солстиса Мэйвен Блэкторн не существует.

— Если ты надеешься, что я поздравлю тебя с неудачной попыткой сталкинга, то удачи.

— Ты сменила имя, да? Создала для себя совершенно новую личность, чтобы тебя нельзя было найти?

— Если ты не заметил, у меня тут разгар чрезвычайного семейного происшествия. У меня нет времени на испанскую инквизицию.

— Посмотри на меня.

— Я лучше стекло пожую.

Он берет меня за плечи и разворачивает к себе. Прожигает меня своими внимательными глазами и нависает надо мной: прекрасный монстр, который преследовал меня в кошмарах все эти годы.

— Я хочу видеть свою дочь. И саботаж с твоей стороны ничего не изменит. Так что только от тебя зависит, пойдем мы по легкому пути или по сложному.

Я лишь презрительно фыркаю:

— Ты что, угрожаешь мне судом?

— Я не хочу прибегать к этому, но что мое – мое. Давай договоримся по-хорошему.

Я не могу сдержать легкую улыбку, коснувшуюся моих губ.

— Господи. Твое высокомерие поражает. Это просто что-то с чем-то.

— Это да?

— Это нет, потому что твоего ребенка не существует. У меня был выкидыш вскоре после того, как я уехала. Отец Беа – глазной хирург из Лос-Анджелеса. Доктор Бретт Латтман.

Ронан смотрит на меня, поджав губы и прищурив глаза, с выражением напряженного сомнения.

— Судя по твоему лицу, либо у тебя запор, либо ты мне не веришь. Но тебе стоит только посмотреть на нее. Ей девять, Ронан. Цифры не сходятся.

Устав от его недоверчивого молчания и тяжелого взгляда, я достаю телефон из кармана пальто, ввожу пароль, разблокирую его, нахожу свежую фотографию Беа и разворачиваю к нему экран.

— Беа. Обрати внимание на дату фото – оно сделано всего несколько недель назад. Также заметь, что она совсем не похожа на тебя – в частности, никаких нервирующих бесцветных глаз, выглядывающих из-под нависших неандертальских бровей, которыми отличается вся твоя семья. Наконец, заметь, насколько она маленькая. Удовлетворен?

Он так долго смотрит на фото, что у меня начинает ныть рука. А потом говорит:

— Только у мужчин в моей семье такие глаза. И она может просто выглядеть маленькой для своего возраста. Эта фотография ничего не доказывает.

Я опускаю руки и вздыхаю.

— Зачем мне тебе врать?

Он отвечает мгновенно:

— Потому что ты мне не доверяешь. Потому что я тебе не нравлюсь. Возможно, я ранил тебя настолько, что это уже нельзя исправить.

Он понижает голос, а его взгляд становится еще более пронизывающим.

— Но в основном потому, что тебе стыдно, ведь ты трахалась со злейшим врагом твоей семьи и не хочешь, чтобы об этом узнали.

Если он продолжит произносить слово «трахаться» этим хриплым голосом, мне придется сменить трусики.