Книга Всего одна ночь, страница 53 – Лия Султан

— Ты мне изменил! Ты! Что я должна была делать? Как реагировать? Закрыть глаза на твою токал и сына?!

Я наклоняюсь ближе и говорю твёрдо:

— Я тебе никогда не изменял. Никогда, Майра. Я пытался жить с тобой, терпел твои вспышки, твои истерики. Но всему есть предел.

Её глаза наполняются слезами, но я знаю — это не боль, это злость. Она всегда умела играть.

— Ты хочешь выставить меня виноватой? Ты разрушил всё!

— Нет, — качаю головой. — Ты сама всё разрушила.

— Я не дам тебе развод, — шипит она.

— Куда ты денешься? — усмехаюсь.

— Дойду до твоих акционеров, испорчу тебе имидж, расскажу…

— Что? Как ты сама себя ударила и порвала платье? Вперёд! У меня есть чем крыть всё, что ты скажешь.

Мой адвокат листает бумаги, проговаривает дальнейшие условия. Я слушаю вполуха — в этот момент для меня важнее видеть её лицо. Она держится, но губы дрожат.

— Ты ещё пожалеешь, Амир, — шипит она. — Я не позволю, чтобы ты жил счастливо после того, что сделал со мной.

Я выпрямляюсь, беру ручку и ставлю подпись там, где просит адвокат.

— Это уже тебя не касается.

Юрист передаёт документы своему коллеге для изучения, но тот наклоняется к Майре и говорит с ней шёпотом. Она кивает и всхлипывает.

— Моя клиентка не согласна с подобным решением. Между супругами была устная договорённость, которую господин Рахимжанов нарушил. Этот вопрос мы поднимем во время слушания.

— Ваше право, — заявил мой представитель.

Я знаю, что просто не будет, но отчаянно хочу поскорее закончить весь этот фарс.

Выхожу из переговорной первым. Майра остаётся внутри, её голос доносится сквозь закрытую дверь — истеричные обрывки фраз, обращённые ко мне и её адвокату. Я не оглядываюсь.

Иду быстро, шаг за шагом, сбрасывая с себя груз последних минут. Моё решение окончательное, и я его не изменю.

Мой адвокат догоняет меня у лифта.

— Амир Тимурович, — он поправляет папку в руках, голос ровный, но в нём слышится тень напряжения, — не думаю, что ваша супруга сдастся. Для неё это вопрос не только брака или развода. Это вопрос престижа. Она может пойти дальше.

Я поворачиваюсь к нему:

— Я знаю.

— Будьте готовы, — продолжает он. — Она может начать копать под бизнес, действовать через прессу. И, судя по её сегодняшнему выступлению, не постесняется использовать всё, что у неё есть.

Я стискиваю челюсть.

— У неё ничего нет. Кроме слов.

Двери лифта открываются. Я делаю шаг внутрь.

— Спасибо, — говорю я, глядя прямо. — Я готов ко всему.

Спустя пару секунд я остаюсь наедине с собственными мыслями. Да, это будет война. И моя задача — защитить в ней моих любимых.

Лена

Амира нет в городе уже несколько дней. Он улетел в срочную командировку, и я вздохнула с облегчением. Перед этим было первое слушание по бракоразводному процессу, и суд дал им месяц на примирение. Больше я не захотела ничего слушать, когда он позвонил, и передала трубку Тимуру.

Вождик ждёт встречи с Амиром, каждый день спрашивая, когда придёт папа. Договорились на выходных, и теперь он достаёт меня этим. А я… я боюсь его снова увидеть, особенно после нашей последней встречи, во время которой мы сорвались. Мы это не обсуждали, не проговаривали, и поэтому я чувствую, что наш спонтанный, запретный поцелуй тяжким грузом лежит на душе, или, как Дамоклов меч, висит над головой.