Книга Станешь моей?, страница 71 – Елена Лабрус

— Не слышу, – играя, перехватывает он руку.

— Дурак! – психую я. – Я буду оплакивать тебя всю жизнь. И даже дольше. И даже когда выплачу все слёзы, всё равно буду помнить о тебе. Адам! Чёрт бы тебя побрал, Адам! – готова я расплакаться прямо сейчас, потому что он прыгает куда-то вниз, и я его больше не вижу. – Адам! А ты будешь плакать обо мне, если я сейчас сигану вниз за тобой и разобьюсь? – кричу я, опираясь на локти.

Прислушиваюсь. Но в шуме бьющихся о скалы волн, кажется слышу стук осыпающихся камней. И едва успеваю отпрянуть, потому что прямо передо мной за край хватается его одна рука, потом вторая, а потом появляется лицо. Довольное, улыбающееся.

— Я не буду плакать, потому что не позволю тебе сигануть ни с какой скалы. И знаешь, ты права… – подтягивается он к моему лицу. Но я не даю ему договорить, когда мягко касаюсь его сухих губ своими.

И в этом отчаянном поцелуе забываю обо всём. Даже о том, что он висит на одних руках над обрывом. И только когда мышцы на них начинают дрожать, поспешно отодвигаюсь и даю ему подняться.

Он закидывает ногу, забирается целиком, достаёт сзади из-за пояса и кидает туфель, а потом подаёт руку, помогая мне подняться.

— Ты права. Я не похож на Раскольникова.

— Почему? – обнимаю я его за шею, всматриваясь в его больной и такой пронзительный взгляд.

— Потому что я ни за что не переложу на тебя часть своей муки, и не буду тебе каяться в своих грехах. Не взвалю на тебя ответственность за свои неправильные решения. Что сделано, то сделано. Лети на два дня в шале с Эваном. Всё, что тебе нужно знать обо мне, ты и так знаешь. Всё, что тебе нужно знать о нём, узнаешь от него. Просто реши: он или я.

— Ты или он? – повторяю я.

— С этим я тебе не помогу. Но, клянусь, какой бы выбор ты ни сделала, ты никогда об этом не пожалеешь.

И он меня даже не поцеловал. Хотя мог. Хотел. Но нет. Проводил вниз. Поставил на место треногу, с надписью «Частная территория», которую оказывается он и сбил, когда прошлый раз спешил мне на помощь.

И нёс по пляжу на руках. Подкидывал, кружил вокруг себя, как маленькую. И смеялся вместе со мной, пока я повизгивала от восторга и страха.

И хоть я узнала, чем он был так расстроен: моим предложением Эвану. Но мне этого было так мало. Я только прониклась к нему ещё больше. Потому что провела незабываемый вечер с мужчиной, которому хватает сил выполнять свои обещания.

Его не придавил к земле собственный крест.

Как бы тяжела не была его ноша, ему хватает мужества взвалить её на себя и нести.

С мужчиной, на чью долю выпало столько испытаний, словно их отмерили на десятерых, но он не сдался. И остался человеком с большим сердцем и чистой душой.

Сегодня я увидела его именно таким. Не просто красивым и желанным до мурашек. Но ещё надёжным и сильным. Добрым и мужественным. Мужчиной, с которым я могла бы прожить всю жизнь. Мужчиной, которого я любила бы до гробовой доски…

Если бы столько всего сейчас нас не разделяло. Например, очередь в двадцать с лишним таких же влюблённых в него дурочек, как я.

И я уже думала, что мне принесли приглашение лететь в шале, когда на наши с Кейт кровати положили по белому конверту, но это оказалось другое.

— Свидание? – округлила она глаза, глядя на картонку и недобро скосила их на меня. – На троих?!