Книга Девушка в шляпе и собака на трёх лапах, страница 63 – Елена Лабрус

Кирпичные стены из неоштукатуренного кирпича неприятно цеплялись за одежду, словно тысячи рук хватали Генку и пытались задержать. Но она упрямо шла сначала прямо, а потом увидела ступеньки вниз.

— Я тут, — выглянула она из шкафа в коридоре.

— Я за тобой не успеваю, — пожаловалась Милана. — Как думаешь, нужно нарисовать план?

— А зачем? — удивилась Генка. — Я хочу узнать всего лишь куда ведут все эти крысиные ходы, а как — мне без разницы.

— Это прихожая, — что-то жуя, сказал Генке Пепси, встречая её у очередного шкафа. Амон, отвлекавший девушку своим шумным дыханием, растолкал их обоих и вырвался на улицу.

— Беги, беги, предатель, — проводила его хвост Генка и обратилась к Пепси: — Ход идёт ещё ниже. Спускайся в подвал.

— Угу, — захрустел Пепси яблоком, откусывая огромный кусок.

Но в подвале встретится им не пришлось. Генка слышала приглушённый голос Миланы, но выхода не было. Она постучала в стену, ей ответили, и пошла дальше.

Судя объективно по ширине, проход не сужался, но становилось холоднее, кирпич стал пахнуть сыростью. И ощущение, что от дома она удаляется всё дальше, становилось сильнее. Генка пыталась вспомнить что там на поверхности. Сад? Будка охраны? Дорога? Гора, в которую она упиралась? Или соседский участок?

С другой стороны от дома Долговых пока никто не жил, шли строительные работы. И судя по тому, что именно звуки бетономешалки и гудящего генератора стали слышны громче, двигалась Генка на юг.

Стало страшно. Очень страшно. Длинный узкий проход где-то под землёй. Толща земли над головой. Её словно похоронили заживо. И от ужаса, что она может не выбраться, всё тело покрылось мурашками. Генка покрутила головой — кирпичная стена над головой, кирпичная стена впереди. Тупик.

«Но в чём тогда смысл?» — недоумевала она, глядя на эту свежую кладку, и продолжала идти вперёд. И вдруг — ступеньки вниз. И голоса, усиленные этим колодцем.

— Я понятия не имею что написано в завещании, Кэт, — голос Вайса заставил Генку тут же выключить свет и прижаться к стене. — И тебе не нужно так рисковать.

— Нет, Ник, я всё равно пойду, — женский голос, тяжёлый вздох. — Он мой отец. Я не знаю, как я теперь буду жить без него.

Девушка заплакала, горько, навзрыд.

— Кэтрин, пожалуйста! Не начинай снова. Он и мой отец тоже.

— Ты никогда его не любил, — срывающим голосом возразила она. — Ты ненавидел его, хотя он сделал для тебя всё. Всё!

— Он не простил мне Лизи, — ответил Вайс. — А я не простил ему то, что он мне не поверил. Это она соблазнила меня, она. Подставила, чтобы он от меня отвернулся. И именно её он всегда любил больше нас всех.

— Его убили, Ник! Убили! И это легко мог сделать ты! — всхлипывала она.

— Кэт, я бы мог. Но было слишком рано. Он решил поделить между нами всё своё состояние и после смерти Елены отойти от дел и уехать. Но он ещё только начал. И я как никто другой был заинтересован в том, чтобы он жил.

— Господи, что я буду теперь делать? — и снова рыдания.

— Кэт, ты же знаешь, я не оставлю тебя без поддержки.

— Нет, Ник, — было ощущение, что она вырвалась и отошла от парня подальше. — Только он всю жизнь заботился обо мне по-настоящему. А ты…

— Что я? Договаривай, Кэт, раз уж начала.

— А ты просто бесчувственный хладнокровный убийца, которому нужны только деньги. Ещё больше денег. Как можно больше денег богу денег. Больше ты в этой жизни ничего не ценишь. В том числе и саму жизнь.