Книга Всего один неверный шаг, страница 24 – Елена Лабрус

— Он привлекает их обещанием счастья, — улыбнулся Наварский. — А что думаешь ты?

— Он жилистый, значит, сильный. Сильный, значит, выносливый. Выносливый, значит, может долго… Хм… Да не так уж наши ответы и различаются, — улыбнулась я.

Наварский развёл руками, как бы говоря: ну вот ты сама себе и ответила.

К слову, Наварский выглядел взрослым, серьёзным, солидным мужчиной, а у Сокола как-то не получалось взрослеть. Какие сорок с лишним? Ему и тридцать с небольшим дашь с трудом — такой он весь лёгкий, крутой, азартный. Романтичный. Сексуальный. Хулиган.

И неизлечимый сердцеед.

Я ловила себя на том, что всегда смотрю на его член. Даже на фотографиях. И всегда его вижу.

Я и сейчас скользнула взглядом.

Мне на хрен был не нужен его член, на котором баб перебывало больше, чем людей в Эрмитаже, но глаза так и поворачивались. Хотела я или нет, я его видела — его здоровую колбасину. что моя бабушка замысловато называла гузнотёр, а ещё балун, щекотун, а у мальчишек — писюлёк.

У Сокола был давно не писюлёк.

Но куда больше, чем его щекотун, меня интересовало, с кем спит мой муж.

Лишь по этой причине я налила Соколову кофе.

Бутылку вина поставила в холодильник.

Никакого желания накрывать на стол у меня не было, но, как говорится, руки помнят. Я что-то резала, что-то складывала на тарелки, ставила, двигала, разогревала.

— М-м-м…— замычал от удовольствия Сокол, засунув в рот кусок рулета с красной рыбой и творожным сыром.

Не знаю, почему рулет в лаваше не любил Игорь, но знаю, почему его сделала я — именно поэтому. И вчера ела с удовольствием отчаяния: одна, сама, запивая холодным белым вином.

— Как вкусно ты всё же готовишь, — облизывал пальцы Сокол. — Душу бы продал, чтобы есть такое каждый день. Кстати, а помнишь, как мы с тобой познакомились?

Странный вопрос. Конечно, я помнила.

Сколько же мне тогда было? Двадцать один или уже двадцать два?

Я работала в аптеке, Сокол зашёл за презервативами.

— Может, что-нибудь посоветуете? — улыбнулся он озорно, явно хотел меня смутить.

— Конечно. С удовольствием, — ответила я.

Ха! Смутить человека в белом халате, которому уже и лобковых вшей в пакетике приносили: «Девушка, есть у вас что-нибудь от этого?», и сыпь в паху показывали, и член для обмера предоставляли — это надо сильно постараться.

Вкусы, запахи, спермицидная смазка, рёбрышки или пупырышки, ультратонкие или с особенными эффектами — всё это у любого провизора, стоящего за первым столом, отлетает от зубов.

— А вам что нравится? — спросил он и засмеялся, когда я закатила глаза. — Я банален, да?

— Скорее, предсказуемы. Мне нравится, когда ко мне обращаются как к профессионалу. Ультратонкие? — положила я у кассы большую упаковку.

— Вы мне льстите, — улыбнулся он.

На самом деле, нет. Это просто маркетинг. И маленькая месть. Теперь же такому крутому мачо будет неудобно попросить упаковку поменьше, значит, купит большую.

Он рассчитался, а потом спросил:

— Может, встретимся?

Вот об этом он мне сейчас и напомнил.

— Ден, ну правда, какого ответа ты ждал? — усмехнулась я в ответ на его вопрос: «Почему я отказалась». — Ты купил презервативы. Понятно, что ты не надувать их собрался в качестве шариков. Ты пришёл за презервативами, значит, они уже тебе требовались, до того, как ты увидел меня. Ну и когда тебя клеят на сдачу к контрацептивам, это знаешь, ни одной девушке не понравится.