Книга На один раз, страница 90 – Елена Лабрус

Мучительный спазм прошёлся по ним искрящим разрядом. Давид вжался в Алекс, завершая самый древний в мире ритуал — ритуал зарождения жизни, а потом обмяк.

— Алекс Гросс, — лёжа на спине и глядя в потолок, сказал он, пробуя на вкус её новое имя.

— Давид Гросс, — повторила она его интонацию. — С кем бы ты ни соревновался, определённо ты победил, — улыбнулась она. — Но у меня остались вопросы. По свободным отношениям.

— Помнишь, я говорил, что никогда не бросаю слов на ветер? — улыбнулся он.

— Может быть, — загадочно ответила она.

— Только что при свидетелях я дал тебе клятву. Я не даю клятв, которые собираюсь нарушать. И жду от тебя того же. Я ответил на твой вопрос?

Она резко села. Волосы рассыпались по плечам, растеряв шпильки, и частично скрыли её обнажённое тело, придав вид одновременно первобытный, ветхозаветный и отчаянный.

— А как насчёт другой твоей клятвы? — спросила она тоном, означающим, что пришло время поговорить.

— Какой, крокодил моей души? — поднялся на локтях Давид.

— Сам ты крокодил, — фыркнула она.

— Ну, если не нравится, — улыбнулся Давид, — могу звать тебя, например, капкан. Капкан моей души, как тебе?

— Супер! Капкан — это же крысоловка? — усмехнулась она. — Мне подходит.

Давид засмеялся.

— Так о какой другой клятве ты хотела меня спросить?

— Ты поклялся отомстить моему отцу, — ответила она. — Поклялся забрать всё, что ему дорого. И ты женился на мне. Это тоже часть твоего плана? — Алекс мучительно всматривалась в его лицо, словно ждала от Давида другого ответа.

Но он был вынужден её огорчить:

— Я и не говорил, что это будет легко. Но давай перестанем делать вид, что мы влюблённая пара, а ответим друг другу честно: что мы делаем вместе?

— Занимаемся сексом? — спросила она.

— Да. И он чертовски хорош. Но ты не маленькая девочка, хоть и была невинной, когда пришла в мой кабинет, ты прекрасно понимала к кому пришла и зачем. Ты продавала себя и отчаянно торговалась, а мной двигал собственный интерес.

— Какой? — подскочила она и, схватив с пола платье, прикрылась им как шитом. — Оскорбить меня, унизить и выставить?

— И чем был плох этот план, если учесть, что два года назад точно так ты поступила со мной.

— Разве я тебя унижала?

— Ну-у-у, это нанесло определённый урон моему самолюбию, — Давид сел и поднял с пола рубашку. — Ты едва не кончила, когда я тебя ласкал, но сбежала, едва я предложил уединиться.

— Господи! Я испугалась, Давид. Со мной никогда не происходило ничего подобного. И знаешь, я приехала в твой офис не потому, что жаждала помочь своему ничтожному брату, я хотела снова это пережить, чтобы ты прикоснулся ко мне, чтобы… — она покачала головой и стала натягивать платье через ноги. Давид молча ждал, когда она снова облачится в него, как в доспехи. — Я не смогла тебя забыть, — наконец сказала она, глядя прямо на Давида. — Но я оказалась в твоём офисе ради тебя. Не ради отца или брата — ради тебя! И сейчас, когда мы женаты и у нас будет ребёнок, разве не в наши руках сделать эти отношения настоящими. Отношениями двух людей, у которых есть чувства друг к другу. Не ври, что ты ничего не чувствуешь ко мне, Давид.

— Ну-у, я был рад тебя видеть, — он встал, заставил Алекс поднять к нему лицо. — Но, увы, я не могу сказать тебе то, что ты хочешь услышать. Ты моя жена. Ты мать моего сына. Но ты дочь своего отца. И ты — часть плана.