Книга Элемента. L, страница 196 – Елена Лабрус

— Спасибо, что пришёл! – привычно поприветствовал Феликса Командор.

В свои двадцать восемь лет Феликс был не самым молодым членом Ордена Лимонного Дерева, но самым ранним по возрасту, в котором его посвятили в Рыцари. Он этим не гордился, возможно, просто недооценил, но Орден стал его семьей в тот же день, что он стал алисангом. Орден и был его семьей – его отец был его Магистром, а мачеха – одним из рыцарей. Кроме Клары еще две женщины имели это почетное звание, хотя Феликс никогда не считал это звание почетным – Орден был тайным и возложенные на них обязанности нельзя было игнорировать, отложить или перенести. Даже смерть не признавалась уважительной причиной для пропуска Совета. К слову сказать, пятеро из одиннадцати его членов официально считались мертвыми, в том числе и Командор.

В том, что заседание было срочным и причина, побудившая Командора созвать Совет серьезной не возникало сомнений – Командор никогда не дергал по пустякам своих людей и на часах было пять утра.

— Спасибо, что пришли! – снова поприветствовал Командор всех собравшихся и сразу перешёл к делу. -  Дерево Великой Судьбы расцвело. А это значит, что наш Магистр был как всегда прав и девушка, которую он выбрал – Особенная. А тот, кого выбрала девушка – должен стать одним из нас. Лучшим из нас. Нашим двенадцатым Рыцарем и нашим новым Командором.

Феликс недоверчиво смотрел на серьёзные лица собравшихся – он один не в курсе, о чём сейчас идёт речь? Да, он знал, что Дерево расцвело, ему сообщили. По этому поводу не собирали собрание, и он даже обрадовался, потому что это и так был тяжёлый день в Лондоне. Он решил, что это не так уж и важно, тем более большинству из членов их Ордена, в том числе и ему, доступ к Дереву был закрыт. Оно находилось в Замке Кер, а пройти туда без специальной Поющей Метки, которую каждомуалисангу ставили при рождении было невозможно. После смерти, или официального признания смерти, Метку снимали, а значит, снова доступ в Замок Кер был закрыт. Он был незаконнорождённым, некоторые из его братьев, в том числе Командор – умершими. Обо всем что происходило в Замке Кер они знали от тех Рыцарей, которым попадать туда разрешалось.

— Теперь мы точно знаем кто эта девушка и кого она выбрала, - и в подтверждение своих слов он взял пульт и включил монитор на стене.

Огромный экран засветился и через мгновенье на нем появилась фотография темноволосой девушки. И это была Ева. Его Ева. Снимок был сделан летом на улице. Ева улыбалась и шла кому-то навстречу. Её распущенные волосы развевались на летнем ветру, в вырезе её блузки висел кулон из синего камня так подходящий к цвету её сапфировых глаз. И Феликс точно знал куда она шла и кому она улыбалась – она шла ему навстречу и в этот пасмурный день как никогда была ему рада.

Феликс проглотил подступивший к горлу комок. Краем уха он слышал, что Командор рассказывает кто она, откуда, подробности её биографии и ещё какие-то сведения. Феликс не мог оторвать глаз от экрана. Он помнил этот день, и эту блузку, на которую она прольёт кетчуп и выкинет прямо в магазине, в котором Феликс ей купит новую, ссылаясь на то, что она никогда ей не нравилась. Это был такой счастливый день! Почему? Почему этой Избранной должна была оказаться именно Ева?