Книга Элемента. L, страница 124 – Елена Лабрус

— О, помидоры ее я тоже помню! – ответил ей кто-то, напротив.

— Она говорила, ей семена дети с города привозили. А я у нее как-то брала один помидор на развод, так такая ерунда выросла! – продолжала первая.

— Так они ж, наверно, семена гибридные были, потому и не выросли из помидора, - получила она ответ.

— Может и в этом дело, а вообще я как-то в огороде у нее была, так заметила, она те помидоры парами садила. А я-то по одному! Вот, наверно, ерунда и получилась. Высокие, как сейчас помню, были, да тонкие, а плодов то всего раз-два, да и обчелся. Но у меня те семена еще остались где-то. Надо будет в этом году посеять. Да попробовать по два.

Бабки, в ответ, молча согласно закивали.

«Это, видимо, с поселка, бывшая соседка теть Зины пришла» - сделала вывод Ева.

— А куры у нее какие были! – поддержала разговор та, что помнила про помидоры.

Еве даже интересно стало послушать, но тут в дверях появилась главврач, а с ней, наконец-то, и Дэн.

— Тамара Ивановна, там за вами внук пришел уже, - обратилась Екатерина Петровна к одной из старушек.

— О, а чего это он так рано? – засуетилась она, но встала, начала собираться.

Ева посмотрела на опрятную маленькую старушку, но не узнала. Та откланялась и вышла.

Еву посадили в самом центре длинного стола. И места рядом с ней не было. Она очень надеялась, что Дэн что-нибудь придумает и присядет рядом. Но придумала Екатерина. Она обратилась к старушке в очках:

— Надежда Михална, а вы не забыли, что у Вас сегодня запись к окулисту?

Бабка ахнула и всплеснула руками:

— Так разве ж сегодня вторник?

— Вторник. И, поторопитесь, доктор уже приехал.

Еще минус один. Когда старушка, причитая, поспешно ушла, Екатерина села напротив Евы. Девочка с кухни, в переднике и с подносом, спешно убрала грязные тарелки. Чистые тарелки старушки передали им с Дэном с края стола. И Дэн просто взял освободившуюся табуретку и вклинился слева от Евы. Остальным ничего не оставалось, как подвинуться.

Екатерина Петровна взяла две стопки, налила в них по капле водки и поставила одну перед Дэном, другую перед Евой

— Я не могу, я на работе, а вы там промерзли на кладбище, - пояснила она свои действия, - Надо помянуть, да и стресс снять.

— Да, Вера Пална? – обратилась она к старушке с кладбища, - Поддержите, девочку-то, она только вернулась и сразу в обратную дорогу пришлось.

— Да отчего ж не поддержать, - согласилась Вера Павловна.

И Дэн взял бутылку и прошел, налил по капле всем бабкам, что подставили свои рюмки.

— Ну, пусть земля ей будет пухом! – сказал кто-то.

Ева с рюмкой в руке испуганно смотрела на Дэна. Он кивнул ей, выдохнул, и выпил. Ева сделала то же самое. Горло обожгло, но терпимо. Она хотела запить компотом, но главврач сунула ей кусок хлеба. Пришлось нюхать. Дэн отвернулся от нее, чтобы не смеяться ей прямо в лицо. Екатерина тоже улыбнулась.

— Ты закусывай, закусывай! – сказала она девушке.

— Евдокия Николаевна, вы у нас чего совсем приуныли, - снова обратилась главврач к одной из старушек, что сидела прямо рядом с Евой, - на кладбище что не так вышло?

— Все хорошо, Екатерина Петровна, - ответила она тихо, - и могила неширокая, и опустили мягко.

— Так и земля-то еще не промерзла! – поддержала разговор Вера Пална, - помните прошлой зимой Никитишину когда хоронили, так сутки там костры жгли, два лома, говорят, согнули.