Книга Свободен 2, страница 53 – Елена Лабрус

— Давай договоримся сразу, — разворачиваюсь я. — Ты не будешь себя ни в чём винить. Вместе мы это переживём. И справимся. Но если ты будешь чувствовать себя виноватым передо мной — нет. Ты ни в чём не виноват. И мы ещё разберёмся во всём, до конца.

— Это даже не обсуждается, — крепко прижимает он меня к себе. — И, если это подстава, а не роковое стечение обстоятельств, за каждую твою слезинку я отомщу. Жестоко и хладнокровно. Мало не покажется. Такое не прощают. Никому.

— А, знаешь, — вдыхаю я его запах, — только надев это кольцо, я теперь точно понимаю, насколько ты был прав, когда решил закончить начатое, вопреки всему. И чем быстрее, тем лучше. Потому что мы словно стояли на льду, а он раскололся.

— Весна, — улыбается он. — Ледоход.

— Но с каждым новым прожитым днём мы отплывали бы друг от друга всё дальше и дальше. Снова стали бы ждать. Результатов, удобного случая, места, времени, когда всё уляжется или чего-нибудь ещё. И уже было бы не дотянуться, не коснуться рук. Полынья становилась бы всё шире. Мы друг от друга всё дальше.

— А нам нельзя дальше, и нельзя ждать, — целует он меня в висок. — У нас малыш.

— И всем врагам на зло, мы всё равно женаты.

— В понедельник ещё заберу наши паспорта со штампами и всё. Но у меня есть к тебе одна просьба, — он набирает воздуха в грудь. — Давай пока оставим это в секрете?

— Я не буду врать, — сажусь я.

— Тебе и не придётся. Просто то, что мы всё же расписались, давай оставим пока в тайне. Люди разные. Не все одобрят. Не все поймут. И я могу увезти тебя и спрятать, но ты ведь откажешься.

— Конечно. Но я понимаю о чём ты говоришь. Каждому, кто захочет в нас плюнуть или оскорбить, рот не заткнёшь. Но я не буду прятаться. Мы ни в чём не виноваты.

— Примерно так я и думал. И на работу пойдёшь?

— Конечно!

— Ну, значит, всё идёт по плану.

— Ого! — рассматриваю я его с интересом. — У тебя есть план?

— Ещё какой! — с коварным видом почёсывает он бороду. — Но без твоей помощи я не справлюсь.

— Я согласна, Тём.

— Но это будет связано с некоторыми неудобствами. Нам придётся не только молчать, что мы женаты. Ещё стараться не демонстрировать свои чувства на публике. И, возможно, какое-то время делать вид, что мы живём врозь. Справишься?

— Потерплю, — киваю я. — Нас разлучили. Нам сорвали свадьбу. Нас обвинили в инцесте. Нас заставили усомниться во всём. Никому не позволено делать это безнаказанно.

— А если всё это правда? С тестами ДНК? — хмурится он.

— Значит, мы уедем и будем растить наших детей там, где нас никто не знает. И пройдём все обследования. И сразу скажем им всю правду, когда они подрастут. Будем строить свою жизнь так, как уже сложится. Если всё действительно правда.

— Да, если никто не виноват, значит, никто и не пострадает, — усмехается он. — Но, чем дольше я думаю об этом, тем сильнее уверен, что всё это подстроено.

— И я, Тём. Хотя, конечно, как знать, но хочу с тобой кое-чем поделиться. Про своего отца.

И несмотря на то, что после бессонной ночи, мы собирались до вечера проспать, столько всего нужно сказать друг другу, что мы всё говорим, и говорим, и говорим. Про тесты, про отца, про мамины сомнения, про мои посиделки с Эллой, про мальчишник…

Он и правда, словно вернулся с войны. Ведь мы не виделись с самого мальчишника! И словно не ели с позавчерашнего дня.