Онлайн книга «Свободен 2»
|
— Ещё и благословил, — вздыхает она тяжело. — О, сколько всего я ему тогда наговорила! Как ненавидела его за это. Но у меня был очень мудрый отец. Он только посмеивался в ответ и говорил, что этот парень просто до меня ещё не дорос. Не та стать, не тот аллюр. Но слова отца дошли до меня только после его смерти. Когда Артём вернулся, с этой своей, рыжей, — показывает она рукой бороду. — Он вернулся и взвалил на себя всё. Похороны. Дела отца. Его бумаги. Завещание. Завод. Всё. Я даже не знаю, как так получилось, но мы оказались совершенно не приспособленными к жизни без отца. А всё рухнуло в один день. В один миг, — сделав губы трубочкой, выдыхает она, едва сдерживая слёзы. — Мы отказались с мамой беспомощными как слепые котята перед лицом этой трагедии. Оказались в пустоте. В вакууме. Потому что в нашей семье всё и всегда решал отец. Всё держалось на нём. С мамы не было вообще никакого толку, да и до сих пор нет, — машет она рукой. — Я как-то нашла в себе силы взять себя в руки. Только одна всё равно бы не справилась. Но, если ты думаешь, что я просто эгоистично решила перевалить всё на Тёмаса, — тепло улыбается она, — я его так зову. — А он тебя как зовёт? — выливаю я ей остатки вина из бутылки, хотя, судя по блеску в глазах, она уже хорошенькая. — Элка — Белка. Ну или просто Белка. Не зовёт. Когда-то звал. — И ты не решила на него ничего взваливать? — Нет, но… Пах! — приставляет она палец к виску и словно делает выстрел. — Нет, вот сюда, — целится она в сердце. — Пах! Пришла пора, она влюбилась. Не сразу, не в первый день, не с первого взгляда. Но он вернулся такой… закачаешься! Загорелый, подтянутый, спортивный, с этой бородой, уверенный в себе, спокойный, решительный. Это было как… озарение что ли. Я словно увидела совершенно другого человека. Я влюбилась просто без памяти. До безумия. А он… — А он? — переспрашиваю я, хотя знаю ответ. Она отмахивается и допивает вино. — А он… отстранённый, строгий, деловой. «Нет. Это ничего значит. Просто секс», — передразнивает она ледяной тон Артёма. И после впадает в лёгкую прострацию. И пока сидит, задумчиво уставившись в одну точку, я иду за второй бутылкой вина. А пока воюю со штопором, всё смотрю на тёмный экран телефона. Набрать его, сказать, как сильно я его люблю? Потому что чем больше я слушаю эти Белкины откровения, тем люблю его только сильнее. Или пусть веселится без меня, уже не отвлекать? «Я люблю тебя. Я так люблю тебя, Невозможный мой!» — решив ни в чём себе не отказывать, всё же отправляю я сообщение. «Ты даже не представляешь себе насколько это взаимно», — почти немедленно прилетает ответ. И тут же следом: «Как у тебя дела?» «Хорошо. А у тебя?» «Отлично. Сейчас Захару наложат гипс и вернёмся праздновать» Я зажимаю рукой рот, качая головой. «Ты сумасшедший?» «Да! И я всегда выполняю свои обещания», — подмигивает он мне смайликом, а потом присылает фотографию хмурого Захара с разбитой губой, над рукой которого колдуют врачи. «Да ты просто зверюга!» — чувствую я что-то среднее между жалостью и злорадством. «Если меня разозлить — да», — получаю я ещё один подмигивающий смайлик. И ещё одно сообщение: «А ещё я безумно тебя люблю». «Тогда до встречи на нашей свадьбе?» «Я помню: ты будешь в белом». |