Онлайн книга «Развод. Месяц на размышления»
|
Мда-а-а… Краснею, когда понимаю, в какую «не ту» степь меня несет, конечно. Какие подарки?! Бред. Ему же не восемь лет, когда он еще не понимает, и гостинцами можно сгладить все неприятные моменты. Нет. Ваня у нас почти уже мужчина, и это явно не тот аргумент, который способен его успокоить. Дура ты, Дашуля, дура. Жмурюсь и роняю тихо: — Черт, прости… говорю глупости. Я просто… хочу, чтобы ты понимал: мы с отцом тебя любить меньше не станем. Ты навсегда останешься нашим сыном, и мы будем рядом… несмотря на то, что мы со Славой больше не вместе. Понимаешь?.. Помедлив, Ваня вздыхает, потом обнимает за плечо и кладет голову поверх моей. Рост уже позволяет. — Понимаю, мам. И ты можешь не париться. Дело не в этом. — Не в этом? — удивленно поднимаю глаза, а когда мы сталкиваемся, сын отводит их сразу же и отходит на шаг. Краснеет. Запускает руку в волосы и старательно разглядывает гору белых тарелок в навесных шкафах кухни. Не нравится мне все это… — Так. Что происходит?! Ваня вздыхает. Он присаживается на высокий стул рядом со столом, запускает пальцы в волосы и мотает головой. — Я переживаю из-за развода, ты не так поняла. — Вань! Снова вздыхает, потом отстраняется, уперевшись спиной в низкую сидушку стула, и складывает руки на груди. Пару мгновений молчит, словно подбирает слова, а когда начинает говорить, я понимаю — действительно ведь подбирал. — Мам, послушай… в моем классе почти у всех родители развелись, так что я знаю, что это… кхм, бывает. Мне бы действительно хотелось, чтобы развод обошел нашу семью стороной, но… я тебя поддерживаю в твоем решении. Ты же знаешь. — И… — Со мной все нормально, — почесав щеку, он бросает взгляд на меня, только снова сразу его уводит перед собой, — Не пытай сейчас, ок? Просто я… кхм, кое-что узнал. Вас не касается. — А кого касается? — Меня. — Тогда… — Мам… — устало вздохнув, Ваня все-таки смотрит мне в глаза, а следующие слова произносит тихо, — Ничего серьезного, я тебе клянусь, но… пока я не готов об этом говорить… ни с кем. Даже с тобой. Прости. Мне это не нравится. У нас с Ваней всегда складывались доверительные отношения, и кто бы знал, каких трудов стоило их выстроить именно такими! А теперь что?! Да и потом! Гребаные тайны всегда приводят к плохим последствиям! Нет! Мне все это не нравится! Однако… В этот момент я понимаю, что если хочу сохранить то, что, как сама сказала, с таким трудом выстраивала, давить на него в данный момент — самая худшая затея из всех. Нельзя. Есть риск добиться не откровенности, а напротив. Жесткого отторжения и максимальной закрытости. Нельзя. Мне приходится прикусить себе язык, взять остатки сил воли и улыбнуться: — Хорошо, — я кладу ему руку на плечо и сжимаю его, — Я не стану тебя насиловать, конечно, но хочу, чтобы ты знал… — Ты всегда рядом. Я знаю, ма. Спасибо. На его губах появляется слабая улыбка, но глаза… в них непроглядная темень и сплошные обвалы, из-за которых мне самой больно. Даже его улыбка не может меня успокоить. Скорее, напротив, если честно. Становится только тревожнее… * * * Проводив меня до машины, Ваня стоял, пока я не уехала. Улыбался. Больше мы не поднимали ту тему, хотя она все равно острым томагавком висела над головой. Тогда я решила зайти, так сказать, с другого конца. |