Книга А кофе с меня, страница 68 – Элфи Рид

Зато вечером мы наконец-то собрались всей нашей бандой в гостиной. Почти до полуночи сидели, пили местное сухое вино и болтали обо всем на свете. Мы хохотали так, что, кажется, нас слышал весь квартал. Время в компании ребят всегда летело с какой-то бешеной, стихийной скоростью. Парни наперебой травили байки из своего студенческого прошлого, Ленка с присущим ей сарказмом хлёстко комментировала каждую глупость, а я наслаждалась моментом, чувствуя, как постепенно уходит накопленное за день дикое напряжение.

Правда, отпустить контроль до конца у меня всё равно не получалось. Я тихо сидела на самом краю дивана, стараясь не выпадать из общего веселья: вовремя улыбалась, согласно кивала парням, но моё внимание упрямо двоилось. Взгляд раз за разом предательски утягивало в сторону — туда, где в глубоком кресле у открытого окна, расслабленно откинув голову и прикрыв глаза, полулежал Самойлов.

Глеб почти не участвовал в общем безумии. Он медленно потягивал вино, изредка бросая короткие реплики, но стоило мне хотя бы пошевелиться или поправить сползающий с плеча топ, как его серые глаза мгновенно открывались, фиксируя каждое мое движение. В воздухе между нами по-прежнему висела невидимая, тугая струна, которая звенела и натягивалась от любого случайного вздоха. Он ждал ночи. И я это знала.

Когда стрелка часов перевалила за одиннадцать, компания начала понемногу рассасываться.

— Всё, спартанцы, я спать, — Стас сладко зевнул, потягиваясь. — Завтра великие дела. Ещё один шанс выяснить, продают ли тут пиццу с нутеллой.

— О, нет, — проворчала Лена, поднимаясь. — Игорь, пошли. И если я услышу ночью хоть один подозрительный жужжащий звук из комнаты Стаса — мы уезжаем в отель.

Со смехом и ленивыми препирательствами ребята разошлись по своим комнатам. Квартира погрузилась в сонную, мягкую тишину.

Полночь. На часах было ровно 23:54.

Я сидела за каменным островом кухни, неподвижно уставившись в чашку с давно остывшим ромашковым чаем. Время тянулось как липкая карамель. Я намеренно выжидала, высчитывала минуты, надеясь пересидеть Самойлова. В том, что он устал после насыщенного дня, сомнений не было.

«Он точно уже спит», — убеждала я себя, гипнотизируя темный, пугающий дверной проем спальни. — «Зайду тихо, как мышка, лягу на самый край и до утра не шелохнусь».

Внутри всё равно всё предательски дрожало от глупого волнения. Наконец, когда стрелка перевалила за двенадцать, я тихо поднялась. Бесшумно, едва касаясь пятками прохладной плитки, дошла до нашей спальни. Нажала на ручку, молясь, чтобы дверь не скрипнула.

Приоткрыла. В комнате царил густой полумрак, разбавляемый лишь слабым светом уличного фонаря из окна.

УЛЬЯНА

Утром совсем не хотелось общаться с этим идиотом. Осадок после его выкрутасов на балконе и едких замечаний о моей неопытности всё еще жег горло тугими тисками, заставляя меня проснуться в самом паршивом расположении духа.

Но в общей квартире мы неминуемо встретились на кухне.

— Доброе утро, Мультик, — Глеб стоял у окна, неторопливо шинкуя овощи на доске. На нем были только домашние штаны, и этот вид его обнаженных плеч после вчерашнего вызывал у меня нервную дрожь.

— Бонжур, епт— буркнула я, стараясь не смотреть на его руки.

— О, воинственно настроена. Всё как я люблю, — хмыкнул он, даже не оборачиваясь.