Книга Друг племянника. В ловушке запрета, страница 78 – Кристина Жиглата

Он ставит поднос на прикроватный столик, вальяжно опускается на край матраса и, притянув мое расслабленное тело к себе за талию, собственнически целует меня в обнаженное плечо.

— Итак… С сегодняшнего дня и вплоть до следующей пятницы ты безраздельно находишься со мной здесь, Исла. В полной, абсолютной моей власти, в моей квартире и в этой постели, — низким, бархатным от сна голосом заявляет он, пристально глядя мне прямо в глаза. — Никаких возражений я не приму. Потом, в пятницу утром, мы берем вещи и уезжаем на два дня к морю. Егор возвращается из своих гор в воскресенье вечером, и мы как раз тоже вернемся в город точно к этому времени, чтобы не вызывать никаких подозрений. Ну? Как тебе такой расклад и мой личный план на твой отпуск?

Я не выдерживаю и тихо, счастливо смеюсь, зарываясь носом в его широкую татуированную грудь и вдыхая родной запах.

Оказывается, вообще никакого личного пространства все эти четырнадцать дней у меня не будет и в помине! Илья хочет жить вместе здесь и сейчас. Этот наглый двадцатичетырехлетний парень уже расписал каждую мою минуту, до секунды спланировал мою жизнь, как только узнал про мой внезапный отпуск.

— Домой-то мне хоть иногда можно будет съездить, командир? — хихикаю я, дразняще проводя пальчиком по его крепким кубикам пресса. — У меня там, между прочим, комнатные цветы на подоконниках сохнут. Да и пыль в комнатах нужно периодически протирать. Хочу, чтобы к моменту, когда Егор вернется, дома был идеальный порядок, и он не подумал, что его тетя без него совсем обленилась и сдала позиции.

— Домой, в салон красоты, на шопинг, на встречу с любимыми подругами… Да куда угодно и сколько угодно, Исла, я не собираюсь держать тебя под замком, — Илья перехватывает мою бродячую ладонь, подносит к губам и нежно целует пальцы. Но в его глазах снова вспыхивает этот упрямый, стальной блеск. — Можешь ездить по своим делам, но возвращаться каждый божий день ты будешь строго сюда. Ко мне. И засыпать ты будешь только в моих руках. Я тоже буду периодически отлучаться в офис по делам фирмы, но обещаю тебе, что это будет ненадолго. Я не оставлю тебя одну надолго.

Я смотрю на его волевое лицо, на эти сильные плечи, чувствую его безумную любовь и заботу, и вся моя былая независимость окончательно тает, как мартовский снег. Спорить больше не хочется. Защищать выдуманные барьеры — тоже.

— Ладно, — с мягкой, покорной улыбкой выдыхаю я ему прямо в губы. — Ладно, договорились, мой сумасшедший. Пусть будет по-твоему.

Илья довольно ухмыляется, оценив мою безоговорочную капитуляцию, и, отставив чашку с кофе в сторону, резко наваливается на меня сверху, мгновенно погребая под своим тяжелым, горячим телом и утягивая в новый, утренний поцелуй, который с первой же секунды лишает меня остатков связных мыслей…

* * *

А дальше дни полетели один за другим, сливаясь в сплошной, головокружительный круговорот. И всё происходящее между нами было словно в каком-то невероятном, прекрасном сне… Настоящая сказка! Чистое волшебство!

Мы жили с Ильёй в его огромной квартире на верхнем этаже, отрезанные от всего остального мира, и жили как самая настоящая, полноценная пара. Как крепкая семья, как любящие муж и жена! Каждый день приносил что-то новое, стирая из моей памяти прошлые серые будни. Вечерами мы устраивали романтические ужины у камина в гостиной, заказывали еду в красивых ресторанах или подолгу сидели на его просторной открытой террасе, кутаясь в один плед на двоих и глядя на огни ночного мегаполиса. Ночью же всё это умиротворение взрывалось — нас ждала огромная кровать, бешеный, неукротимый секс, стоны до хрипоты и дикая, первобытная страсть, от которой плавился рассудок. Днем он иногда уезжал по делам своей фирмы, но чаще всего оставался со мной. Мы всё время проводили вместе. Смотрели глупые фильмы по телевизору, прямо в обнимку на диване. Готовили вместе обеды, устраивая на кухне шуточные бои мукой. Громко включали музыку, танцевали, дурачились как маленькие дети и просто… просто безумно любили друг друга.