Книга Тени Грейфолла 1, страница 76 – Алекс Кош

Хуже было другое. Тварь дралась по-человечески хитро. Она не бросалась в безумную атаку, как бросается любой зверь Пустошей, она держала дистанцию, финтила, подставляла шкуру под клинки, оберегая горло и глаза. Один раз, когда Себастиан провел связку в колено и пах, она закрылась предплечьем и сместилась уходом с линии атаки. Обычные твари вообще не знают, что такое линия атаки и не ведут бой настолько технично! Этому существу кто-то ставил технику, как ставят профессиональным кулачным бойцам, и от этой мысли по спине истребителя побежали мурашки.

Себастиан разорвал дистанцию, перекатился через спину, убрал клинки и подхватил пистолет, избавление от которого теперь казалось преждевременным. Излишне умная тварь поняла, что нельзя давать ему передышку, чтобы достать патроны, и бросилась в атаку с удвоенной злостью. Но истребитель вновь совершил неестественный акробатический прыжок, буквально оттолкнувшись от лба противника ногой и сделав высокое сальто назад, в процессе которого успел достать экстренную патронную пачку и вставить в барабан. Экстренной она называлась потому, что все шесть патронов в ней были наполнены совершенно разными составами на тот случай, если истребитель встретится с неизвестной опасностью.

Первый выстрел грохнул практически в упор одновременно с приземлением на ноги. Тварь откинуло на несколько метров от сильного удара, а в месте попадания пули его туловище начало покрываться льдом. Похоже, первой попалась пуля с кровью морозного червя.

— Ха! — выдохнул истребитель, и продолжил стрельбу.

А тварь в этот момент сделала то, чего он уже подсознательно ожидал и во что отказывался верить: она ушла с линии выстрела до того, как палец дожал спуск, среагировав не на грохот, а на движение руки. Так уклоняются люди, потому что знают, что такое огнестрельное оружие, и как именно оно действует. В итоге вторая пуля лишь бессильно высекла искры из ограды.

Третий выстрел Себастиан произвёл без паузы, навскидку, в противоход уклона, и на этот раз попал: заряд вспорол твари бок под ребрами с яркой вспышкой, брызнула темная, почти черная кровь, задымившаяся на холодном воздухе, и вой снова сорвался в тот же надсадный человеческий кашель.

От четвёртой пули тварь прикрылась лапой, которая тут же начала превращаться в камень — спасибо порошку из сушёных глаз василиска. Следующим движением существо оторвало свою собственную лапу, уже окаменевшую до локтя, и метнула её, выбив пистолет из руки Себастиана. Но он не растерялся, и в этот момент уже достал из кармана небольшой мешочек с пыльцой, который в тот же миг был брошен в морду существу. Мешочек взорвался туманной пылью, облепившей туловище твари и буквально замедлившей её движения почти в два раза.

А дальше Себастиан начал ее методично резать, вновь достав один из клинков. Нырок под размашистое и замедленное движение единственной целой правой лапы, и удар клинком крест-накрест по сухожилиям под коленом, затем откат. Тварь припала на левую лапу. Обратный вход с разворота через такое скручивание корпуса, что хрустнул собственный позвоночник, лезвие в подмышечную впадину, где шкура любого существа значительно мягче, откат. Правая лапа повисла. Существо пятилось к ограде, огрызаясь все медленнее, роняя дымящуюся кровь на мостовую, и в карих человеческих глазах впервые появилось отлично знакомое Себастиану выражение — страх. Истребитель перехватил клинок обратным хватом для последнего движения, шагнул ближе, и в этот момент ночь у него за спиной взорвалась светом и грохотом.