Книга Дочь смотрителя воронов, страница 155 – Лана Уильямс

Он надеялся, что его отец – и дед – будут так же им гордиться. Раскрытие убийств, когда все, как казалось, складывалось против него, было и облегчением, и достижением. То, что справедливость восторжествовала и в отношении стражника Притчарда, и в отношении мистера Эллиотта, принесло ему явное удовлетворение.

Хотя его достижение никоим образом не компенсировало их смерть, он надеялся, что это позволило им упокоиться с миром и дало некоторое утешение их семьям.

Итак, справедливость восторжествовала. Это было то, к чему он отнесся очень серьезно, поскольку так случалось далеко не всегда. Обмениваясь улыбкой с Амелией, он понадеялся, что в конце концов сможет даровать справедливость и ей.

«Карр-карр…»

Генри обернулся и увидел ворона, сидевшего на низкой ветке недалеко от свежей могилы. Скорбный звук эхом разнесся по кладбищу, где Эйберфорта Притчарда с воинскими почестями похоронили рядом с его женой.

Генри озадаченно переглянулся с Амелией. Птица никак не могла прилететь сюда из Тауэра, но все же ее присутствие заставило его задуматься. Судя по выражению лица Амелии, ее обуревали такие же мысли.

Пришли отдать последние почести убитому Уоллес, Дэниелс и другие йомены-стражники, с которыми Генри познакомился за последнюю неделю. Он коротко поговорил с каждым, довольный тем, что они могли наконец вздохнуть немного спокойнее, зная, что виновные пойманы.

Мэйв стояла рядом со своими тетей и дядей, приехавшими двумя днями ранее. Было неясно, как много поняла девочка, но она держала тетю за руку, когда та с сумрачным лицом наблюдала, как гроб опускали в землю. Тетя наклонилась, чтобы подать ей знак. Мэйв высвободила руку и подошла, чтобы вынуть белую розу из ближайшей корзины, и, немного помедлив, бросила ее на крышку гроба. По ее щекам потекли тихие слезы, и она прерывисто вздохнула, прежде чем вернуться к тете.

Дядя поднял племянницу на руки и держал ее, покуда заупокойная служба подходила к концу. Очевидная привязанность супругов к Мэйв помогла Генри справиться с болью в сердце.

«Прах к праху, земля к земле». Амелия подняла руку в перчатке, чтобы вытереть слезу носовым платком, и Генри выдохнул, хотя и не подозревал, что задерживал дыхание.

Горе было ощутимой силой, которая подавляла кого-то и навсегда меняла. Другие же, такие как Амелия, находили в себе силу сопротивления, которая помогала им держаться на плаву, несмотря на тяжесть пережитой трагедии и утраты. Он надеялся, что Мэйв тоже сумела обрести такую силу.

Спустя какое-то время они попрощались с девочкой и пожелали ей и ее родным всего наилучшего. Амелия сдерживала слезы, но Генри уже достаточно хорошо знал ее, чтобы увидеть, насколько она расстроена. Да и он тоже.

Дочь смотрителя воронов давно перестала быть для него просто свидетельницей убийства. Он не сомневался, что в ближайшие годы девочка сумеет доказать всем окружающим, какой силой духа и умом она обладала. Он лишь надеялся, что у них с Амелией будет шанс убедиться в этом самим.

— Вы позволите мне навещать ее? – спросила Амелия у тети Мэйв. – Я привыкла заботиться о ней и хотела бы поддерживать с ней связь.

Добрая улыбка женщины и ее искреннее согласие помогли Амелии сдержать слезы. Обе быстро обменялись адресами, а затем Мэйв еще раз обняла Амелию.