Книга Неживой свидетель, страница 69 – Валерий Шарапов

— Исправился я. Да и надоело по тюрьмам мотаться. Последний срок я не до конца отбыл, амнистия грянула. У меня ровно глаза открылись. Понял, что в третий раз такой удачи не видать, придется мотать от звонка до звонка. Значит, жизнь менять надо, отказаться от прежнего промысла и найти нормальную работу.

— Почему в Туле не остались? — спросил Бурцев.

— Побоялся, что старые дружки опять втянут куда-нибудь. Пытался в Коломне пристроиться, да не сложилось. Так в Москву работать приехал.

— Поэтому на стройку пришли?

— Поэтому. На нескольких покрутился, с людьми потолковал. Фили растут, рабочие руки в цене. Шепнули мне, на Барклая наведаться. Мол, прораб там не сволочной, людям вроде меня второй шанс дает. Вот я и выжидал, когда он освободится. Хотелось с ним потолковать, чтобы за меня похлопотал и местечко мне выбил.

— Почему от нас побежали?

— С моим-то прошлым? Думал, пришить мне чего хотите. И не ошибся. Вон ведь как вывернули! Говорите, грузовик я угнать намеревался. На черта мне ваш грузовик сдался, спрашивается? Полуторка, знаете ли, не ложка серебряная, на базаре за червончик не возьмут.

Майор не торопился объяснять подлинную причину задержания, пока ограничившись подозрением в причастности к угонам грузовиков со строек. В отношении ограблений и тем более убийства Нефедова весомые доказательства отсутствовали.

— С ножом на младшего лейтенанта почему пошли? — вел свою линию Бурцев.

— Виноват. Тут кругом виноват, не отрицаю, — с чувством сказал Чарыгин, мотая головой, словно поражаясь собственной глупости. Притворная горечь в его словах напомнила о показушном покаянии Пятиалтынного. — Вот что значит уголовные привычки, — продолжал меж тем поскуливать Чарыгин. — Не отпускают. Сломал себе жизнь, никак дорогу назад не найду.

Послушаешь — поверишь, настолько убедителен и логичен. Страх постепенно отпускал Анатолия Чарыгина, оттого у бандита получалось врать складно. Бурцеву нужно было поторопиться, пока задержанный испытывает некоторую неуверенность, пока не вернулись к нему привычные хамство и наглость. Да только «прижать» Чарыгина нечем. Лаборатория ОТО так быстро с обработкой вещдоков не справится.

Что имеет МУР на Чарыгина?

Во-первых, обувь. Его сапоги могли оставить следы на складах областного мясокомбината и завода «Кристалл». Очень похожи по размерам и форме подошвы. Но факт тождества должны подтвердить эксперты. Кроме того, в таких сапогах ходят многие.

Во-вторых, верхняя одежда. Видимых частиц или капель осмотр не показал. Быть может, под микроскопом удастся найти крупицы табака из сигарет «Тройка» или папирос «Беломорканал», а также мельчайшие брызги белил. Хотя вряд ли авторитет станет лично переправлять табличку номерного знака. Курево — и подавно улика косвенная.

В-третьих, отпечатки пальцев. Казалось бы, самая сильная улика, которая может надежно связать бандита с угнанными грузовиками. Опять-таки необходимо ждать результаты из лаборатории. Но даже если оперативно-технический отдел ответит положительно, Бурцев не питал надежды, что это доказательство поможет. Авторитеты не шоферят, для этого есть те, кто рангом пониже. На стройку Чарыгин пришел как простой наблюдатель, чтобы разведать обстановку и вызнать график приезда-отъезда машин. Угонял ли он их? Возможно, но маловероятно. Водил ли он их? Сомнительно. Скорее всего, водитель — другой участник банды, и на баранке «пальчики» Чарыгина вряд ли отыщутся. Раз не сидел за рулем — значит, не угонял. И неважно, что отпечатки могут найтись в кабине. Выкрутится, скажет, что какой-то добрый малый его до стройки подкинул в этом самом грузовике, отсюда, дескать, и «пальчики». А что? Поиски работы легко объясняют, почему Чарыгин побывал на многих стройках в Филях. Хуже того, отпечатки в кабине могут оказаться частичными или смазанными, а на таких дело не построишь.