Книга Грязелечебница «Чаша Аждаи», страница 125 – Полина Луговцова

— А ты точно можешь идти? – встревоженно поинтересовался Ник.

Тияна кивнула.

— Я могу сходить один, если ты объяснишь суть дела, и вернусь сюда вместе с полицейскими, – предложил он.

— Нет! Я хочу немедленно покинуть это место! – невольно выкрикнула Тияна. Крик вышел испуганным и надрывным.

Ник прошелся по ее лицу пристальным взглядом, подставил плечо и сказал:

— Можешь на меня опереться.

— Я справлюсь. Только возьми рюкзак, пожалуйста.

Когда Тияна и Ник вышли в коридор, позади раздался неистовый вопль Горана:

— Не прикасайся ко мне, выродок! Не лезь, говорю!

Ник притормозил и растерянно оглянулся.

— Кажется, зря я не связал очкастого.

— Пойдем скорее! – Тияна настойчиво потянула его за собой.

— Вернувшись, мы можем не застать их живыми, – заметил Ник, плотно прикрывая за собой дверь и отсекая звуки возни и крики, доносившиеся из спальни в номере.

— Почему-то мне кажется, что я не расстроюсь, – ответила Тияна. – Да и возвращаться не планирую.

Они спустились по лестнице и прошли через холл, на этот раз не пустынный: люди в униформе служащих все еще суетились под лестницей, хотя тела Петры там уже не было. Какой-то мужчина в костюме медработника с логотипом грязелечебницы на рукаве подошел к ним и поинтересовался, не требуется ли им помощь, – видимо, их внешний вид послужил причиной такого вопроса. Выходя из прихожей своего номера, Тияна мельком увидела свое отражение в зеркале и заметила лиловый кровоподтек под правым глазом, но не стала присматриваться, не желая тратить на это время. У Ника через всю щеку тянулась свежая царапина, покрытая коркой запекшейся крови, а его больничная пижама превратилась в лохмотья.

Вежливо улыбнувшись и пытаясь сохранять невозмутимость, Тияна отрицательно качнула головой, а сердце сжалось от мысли, что медработник может попытаться их остановить. Но, наверное, без приказа «сверху» он не имел такого права, а те, кто мог отдать этот приказ – управляющий делами и ответственный за безопасность грязелечебницы, были сейчас заняты друг другом.

Однако если Горан одержит верх (а такое вполне возможно, ведь, хоть он и связан, но запросто способен пустить в ход какую-нибудь хитрость), за ними наверняка отправят погоню. Надо уносить ноги как можно скорее, раз уж повезло вырваться из заточения.

Медработник отошел в сторону, потеряв к ним интерес, и они продолжили путь. Тияну трясло от волнения. Она едва сдерживалась, чтобы не помчаться прочь во весь дух. С каждым шагом, приближавшим ее к дверям парадного входа, страх нарастал все сильнее: ей казалось, что вот-вот пространство холла огласит вопль Горана: «Держите их!», и она увидит на лестнице его угловатую, похожую на каменную глыбу, фигуру, несущуюся вниз с шумом горного обвала.

Но вот массивные двери распахнулись и сомкнулись за ними, выпустив их на крыльцо, залитое солнечным светом. Окунувшись в жар летнего зноя, Тияна с облегчением выдохнула. Холод и сырость каменных стен остались позади, и вместе с этим исчезло ощущение внутреннего озноба. Озеро задорно подмигивало искристыми бликами, цветы на многочисленных клумбах покачивали пестрыми головками, и на этом фоне лечебные корпуса, белевшие под пронзительно синим безоблачным небом, напоминали дворцы из сказочной страны. «В сказочных странах, бывает, тоже водятся драконы», – подумала Тияна, спускаясь по ступеням крыльца. Ее мыслям вторил зловещий шепот, похожий на шум хвойного леса, потревоженного ветром: