Книга Лихоморье. Vivens lux, страница 48 – Полина Луговцова

«У нас тут, – про себя повторила Тильда, пряча усмешку. – Сами-то два дня как заселились, а уже в старожилы метят».

— А давайте чаю попьем! – радостно провозгласила Фима и опустила на подставку электрический чайник, который держала в руках. Из пластикового носика вылетели брызги. По всей видимости, девушки как раз ходили за водой.

— Мне чай пить некогда, – отрезала Тильда. – Меня ждут, извините.

На самом деле ей очень хотелось узнать, как эти девушки оказались здесь, в филиале, и случались ли в их жизни какие-нибудь странные вещи, такие, к примеру, как перемещение в потусторонний мир, но начинать беседу было страшно, ведь ком из горла никуда не исчез и мешал нормально разговаривать.

— А кто тебя ждет? Наверное, сестра твоя? – Не заморачиваясь тактичностью, поинтересовалась Фима и, не дождавшись ответа, припечатала: – Она у тебя прямо красотка!

Это было уже чересчур. Так и не переодевшись и позабыв о желании принять душ, Тильда вылетела в коридор и бросилась вниз по лестнице, но на площадке между первым и вторым этажами остановилась, чтобы взять себя в руки и с невозмутимым видом пройти мимо вахтерши. Достаточно на сегодня глупых вопросов!

Из холла донеслись голоса.

— Слыхала новости? Огонь! Знаешь кого сегодня в санчасть доставили? Ни за что не угадаешь! – с придыханием докладывала кому-то невидимая Тильде женщина.

— Ну? Говори, не тяни! Уже смена моя закончилась, тороплюсь я, дома дел по горло, – подгоняла ее собеседница, скорее всего – вахтерша, судя по словам об окончании смены.

— Нашелся сынок нашего главного, тот самый, которого целый год искали!

— Да ну?! И где нашли?

— В учебном корпусе, в коридоре между деканатом и проходной! Говорят, прямо из-под пола выскочил!

— Откуда же он там взялся?

— Похоже, что из самого пекла, весь обгоревший и молнии мечет! Вот так-то! Демоном стал, а был ведь у нас лучший ученик, с отличием закончил!

— А это точно он?

— Абсолютно точно! Сразу-то его не признали, а как умыли, да фото из архива подняли, ну и… уж никаких сомнений не осталось.

— Что ж с ним теперь будет? – Раздался звонкий хлопок, будто вахтерша под наплывом чувств всплеснула руками.

— Его отец завтра прилетает, он и решит.

— Как? – Вахтерша испуганно ахнула. – Са-ам?! Прямо завтра? Так ведь, надо же порядок навести, к прибытию-то!

— Нужен будто ему твой порядок, когда с сыном такое стряслось!

— Ох, верно. Вот беда. И как это парня угораздило?

— Скоро выяснится. У меня в деканате свой человек есть, она обещала все в подробностях рассказать.

— А как же его звали, сыночка этого? Что-то не припомню. Непростое такое имя, былинное, что ли.

— Вольга.

— Точно, Вольга! Как русского богатыря.

«Вольга!» – произнесла Тильда одними губами, чувствуя, как нервный импульс от узнавания этого имени прошивает ее от макушки до пят.

Теперь стало понятно, почему зеленые глаза метателя молний – единственное, что можно было разглядеть на его закопченном лице – показались ей такими знакомыми.

Густой туман клубился между редких облезлых елей, скрадывая очертания приземистой избушки, притулившейся под мшистым пригорком, лишь торчал из сизой пелены острый конек двускатной крыши, увенчанный белым черепом лося с ветвистыми рогами. Землю устилали скелеты мелких животных и птиц, кости то и дело с хрустом ломались под ногами путников, спешащих вслед за косматой старухой, передвигавшейся, в отличие от них, легко и бесшумно – оно и не удивительно, для ведьмы-то. Руубен видел, что Лоухи даже земли ногами не касалась, она ими вовсе не шевелила, не иначе – ветер ее на себе нес, покорившись воле колдуньи. Лоухи была в этих краях повелительницей, могла и камни заставить двигаться, если пожелает, – так, по крайней мере, в преданиях говорилось, хотя Руубен допускал, что первоисточники этих преданий порядком исказились с тех пор от времени и небрежных переводов.