Книга Свадьба в Чертолесье, страница 99 – Полина Луговцова

И Гордей нашел выход из положения. Он отдал приказ «нужным» людям (через Велемудра, конечно, сам он избегал прямого общения с этими темными личностями), чтобы те этой же ночью скрутили этнографа и живым, вместе с бумагами, унесли подальше от деревни — так далеко, чтобы никто не мог связать его смерть с Неведанью. Там им следовало умертвить его таким способом, чтобы со стороны казалось, будто этнограф оступился, свалился в овраг и, падая, напоролся на сук, а затем истек кровью. Конечно, можно было просто утопить труп в болоте, но Гордей полагал, что более сложный план с инсценировкой несчастного случая гораздо лучше: не будет никаких поисков, и, скорее всего, полиция даже дело не заведет.

Однако все пошло не так, как он планировал: этнограф каким-то чудом ухитрился сбежать по дороге — то ли его недостаточно крепко связали, то ли ему удалось обмануть конвоиров; Гордей не стал разбираться, как именно это произошло, чтобы не терять время. В тот момент для него важнее было поскорее выйти на беглеца. Понимая, что ловить его в лесу бесполезно, Гордей отправил людей в город, где тот жил, добавив к основному заданию (убить этнографа), еще одно: найти и забрать из дома жертвы все рукописные книги в коричневой обложке. Для того чтобы объяснить это требование, он соврал, что из Дома собраний пропали Летопись и Книга мудрости предков — две главные святыни Неведани, которые, по его мнению, мог украсть только этнограф. По удачному стечению обстоятельств эти книги тоже были в коричневых обложках, как и тетрадь Альберта Станиславовича с записями о Чертолесье, но даже если бы цвета не совпадали, никто не уличил бы Гордея во лжи, поскольку эти святыни хранились вдали от посторонних глаз, и видели их только жрецы и он сам.

Посланники вернулись из города с ворохом бесполезных бумаг и известием, что этнограф отправился к праотцам. Вдобавок они сообщили, что перевернули вверх дном все его крошечное жилище, но так и не нашли украденных святынь. На всякий случай они прихватили с собой все тетради, которые попались им под руку, но той самой, в коричневой обложке, среди них не оказалось. Гордей приказал сжечь все то, что они принесли, и в тот же день, стоя у костра, где корчились и исчезали листы, исписанные аккуратным почерком, он с облегчением подумал о том, что тайна Чертолесья будет похоронена вместе с этнографом, а тетрадь в коричневой обложке утеряна и никогда не найдется.

И вот теперь, спустя двадцать лет, в Неведань пожаловал внук этого этнографа. Гордей сомневался, что тот хотя бы мало-мальски вникал в научные исследования своего деда, но все же беспокоился, усматривая в этом злой рок.

Вынырнув из раздумий, Гордей обнаружил, что уже добрался до избы, в которой дежурили дозорные. Все они — четверо крепких мужиков, косая сажень в плечах, пудовые кулачищи — стояли навытяжку перед порогом с видом преданных псов, словно ждали его появления. В голове у Гордея вспыхнула догадка, что кто-то успел предупредить их (Велемудр?!), однако он сразу отмел эту мысль, с сожалением осознав, что в последнее время стал слишком подозрительным: в избе с такими огромными окнами, которые выходили на все четыре стороны, ничье приближение не могло остаться незамеченным.