Книга Хозяйка разрушенного поместья, страница 90 – Майя Саммер

Я больше не позволю им сплетничать обо мне. Больше никогда.

* * *

К полудню большой зал был полон.

Слуги стояли вдоль стен — кто-то в передниках, кто-то в рабочих рубахах, кто-то в чистой одежде. Они смотрели на меня, и в их взглядах читалось любопытство, настороженность, страх. Они не знали, зачем их собрали. Но чувствовали — что-то случилось.

Я стояла на возвышении у тронного кресла — того самого, в котором обычно сидел Рагнар. Сегодня оно пустовало. Я хотела, чтобы слуги видели только меня.

Рядом, чуть позади, стоял Аксель. Он нервно переминался с ноги на ногу, но молчал.

Я подождала, пока все стихнут. Потом заговорила.

— Я собрала вас, чтобы исправить одно недоразумение, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Вы знаете, что я стала хозяйкой этого замка. И я старалась быть для вас хорошей хозяйкой.

Я обвела взглядом зал. Слуги опускали глаза, кто-то нервно теребил край передника. Я видела их лица — испуганные, виноватые, любопытные.

— Я не требовала от вас невозможного. Не наказывала за провинности. Заботилась о том, чтобы у вас была еда, одежда, тепло. Я даже не повышала голоса, когда что-то делалось не так.

Я сделала паузу.

— И вместо благодарности я слышу, как меня обсуждают за спиной. Как называют меня грязными словами. Как говорят о моей дочери.

По залу пронёсся испуганный шепот. Несколько человек побледнели.

— Я знаю, кто это делал, — сказала я, и в голосе зазвенела сталь. — Я слышала вас. Своими ушами.

Я подняла руку, указывая на двух служанок, стоявших у дальнего окна. Они побелели, как полотно, но потом подняли подбородки повыше. Урсула даже улыбнулась, уверенная, что ей ничего не будет.

— Выйдите вперёд, — сказала я. — Обе.

Они не двигались. Я повторила:

— Я сказала — выйдите.

Медленно, с видимой неохотой, они сделали шаг вперёд. Потом ещё один. Встали посреди зала, нагло глядя на меня. По залу пробежал шёпот — слуги переглядывались, кто-то сочувственно вздыхал, кто-то злорадно улыбался.

— Вы уволены, — сказала я. — Соберите свои вещи и покиньте замок до заката.

Урсула вскинулась. В её глазах блестели злые слёзы, но я видела в них не раскаяние — обиду.

— Но, госпожа... — начала она. — Мы же ничего...

— Молчать, — оборвала я. — Я не буду слушать оправдания. Вы говорили обо мне гадости за моей спиной. Вы обсуждали меня с другими слугами, сеяли сплетни, унижали меня. За это вы уволены.

Я перевела взгляд на Акселя.

— Вы проводите их до ворот, — сказала я. — И проследите, чтобы они ушли. Жалованье за этот месяц не получите — оно пойдёт в казну. Как компенсация за ущерб, который они нанесли моей репутации.

Управляющий открыл рот, собираясь что-то сказать. Я видела, как он переводит взгляд с меня на служанок, как колеблется.

— Госпожа, — начал он осторожно, — может, не стоит так сурово? Они же молодые, глупые. Они не со зла...

— Замолчите, — сказала я, и он побледнел. — Вы тоже — управитель этого замка. Вы должны были пресекать сплетни, а не поощрять их. Если я узнаю, что вы пытались заступиться за них или как-то им помочь, я уволю и вас.

Он сглотнул.

— Но, госпожа, князь... — заикнулся он. – мне нужно его одобрение.

Я посмотрела ему в глаза. Холодно, спокойно, без тени сомнения.

— Вы можете обратиться к князю, — сказала я медленно, — но это будет последнее, что вы сделаете в должности управляющего. Вы поняли меня?