Книга Хозяйка разрушенного поместья, страница 70 – Майя Саммер

Любой контроль испарился. Мы как дикие звери срывали с себя одежду, которая летела в разные стороны. Вряд ли моё платье уцелело.

Запах Рагнара туманил голову. Его руки точно знали, что делать и делали это.

— Как твоё имя? – не останавливаясь спросил меня Рагнар.

Сначала я не поняла о чём он. Ведь ему прекрасно известно, как меня зовут. А потом страшная догадка обрушилась на меня, и я не знала, как реагировать.

Сбежать? Но это невозможно. Попытаться оттолкнуть? А я сама этого хочу?

Настоящее имя всплыло в голове. Ефросинья. Оно казалось таким далёким и ненастоящим. Ведь я давно отказалась от него, даже про себя называясь Фреей.- Фрея. – с трудом шепнула пересохшими губами – Теперь я Фрея.

И он всё понял. Без долгих объяснений и расспросов. Только кивнул, бережно опустил меня на постель и накрыл своим телом.

Я проснулась в чужой спальне.

Сначала не поняла, где нахожусь. Потолок был высоким, тёмным, с тяжёлыми дубовыми балками. Свет едва пробивался сквозь узкие окна, завешанные плотными портьерами. В комнате пахло воском, кожей и дымом из камина.

Cела на постели, огляделась.

Обстановка была богатой. Даже очень богатой. Стены украшали тяжёлые гобелены с охотничьими сценами — медведи, волки, всадники с копьями. На полу лежали толстые меховые шкуры. У стены стояло массивное кресло с резными подлокотниками, на спинке обитое толстой кожей. Постель, на которой я спала, была застелена бархатным покрывалом и завалена подушками. В углу поблёскивал серебряный кувшин на столике.

Я никогда не была в этой комнате раньше. Она была больше и роскошнее даже той, что занимал Вольдемар в замке.

Сердце забилось быстрее.

— Что происходит? — прошептала я вслух.

В голове одна за другой вспыхивали мысли. Рагнар привёз меня сюда. Он в этих покоях явно чувствовал себя хозяином. Это покои мужчины — воина, охотника, может быть, даже правителя.

Значит, Рагнар как-то захватил власть в княжестве.

Я перебрала в уме всё, что знала. Великим князем значился брат Вольдемара, Севверин. Но Севверин был на войне. Или вернулся? Рагнар говорил о нём вскользь. Что если Рагнар устранил законного правителя и занял его место?

Поэтому не боится моего мужа? А я теперь кто? Любовница? Заложница? Или союзница. Или и то, и другое.

Меня затошнило.

Я вскочила с постели, нащупала ногами холодный каменный пол. Моё платье — то самое, в котором я была вчера — висело на спинке стула, вычищенное и отглаженное. Рядом лежали чулки и башмаки.

Я начала одеваться быстро, дрожащими руками. Пальцы не слушались, завязки путались. Я злилась на себя, на Рагнара, на всю эту ситуацию. Он не имел права держать меня здесь. Я не хотела участвовать в его перевороте. Я хотела только одного — чтобы Лина была в безопасности.

Дверь открылась без стука.

Я замерла, натягивая платье на плечи. В проёме стоял Рагнар.

Он смотрел на меня тяжёлым, непроницаемым взглядом. Его жёлтые глаза, казалось, видели меня насквозь. Я вдруг почувствовала себя маленькой, слабой, беззащитной. Страх холодной змеёй скользнул по спине.

С обстоятельствами можно бороться. А с Рагнаром что делать?

Он вошёл в комнату, закрыл за собой дверь и прислонился к косяку. На нём была тёмная рубашка, распахнутая у ворота, и кожаные штаны. Мягкие сапоги без набоек. Я смотрела на его руки — сильные, с длинными пальцами, те самые руки, которые вчера держали меня.