Книга Академия Эвейл. Мечты сбываются, или каждому по чуду, страница 32 – Ринэя Грин

Шерби, как ему и было сказано, выполнил указания — «чувствовал себя как дома», но сделал это с присущей ему масштабностью. Он буквально придавил Арно своим тяжеленным телом, заняв половину кровати, используя огневика как удобную живую подушку. От него исходило такое равномерное, глубокое тепло, что Арно, несмотря на весь дискомфорт, почувствовал себя…уютно? Нет, скорее безнадежно, но удивительно спокойно.

— Шерб! — прохрипел Арно, пытаясь сдвинуть зверя хотя бы на сантиметр. Волк лишь недовольно застонал, сильнее прижимаясь и толкая его головой, словно говоря: «Еще пять минуточек».

Арно вздохнул. Его комфортная кровать, похоже, не была рассчитана на такое соседство, и его нервы — тоже. Но когда он, сдавшись, снова закрыл глаза, из глубины души поднялось странное, будто давно забытое чувство. Чувство, что он не один и что жизнь, несмотря на предательство, продолжается.

Утро началось рано. Вся семья собралась за предновогодним завтраком в малой столовой. Они весело обсуждали предстоящий праздник. Арно спустился в столовую, чувствуя себя так, будто всю ночь таскал мешки с песком (спасибо заботливому Шербу). В комнате пахло свежемолотым кофе и поджаренным хлебом. Шербон предусмотрительно отправился на кухню доедать вчерашние гостинцы месье Дюфура, а огневик присоединился к семье.

Мадам Элоди с сочувствием посмотрела на сына, похоже старший де Эскофье ей все рассказал. Она, с особым вниманием и заботой, усадила его за стол и, из тонкостенного изящного кофейника над которым вился тонкий пар, налила в фарфоровую кружку ароматный, темной обжарки, крепкий кофе. Горьковатый, согревающий вкус привел хаотичные мысли в порядок и он, оглядев стол, с удовольствием начал трапезу.

От яиц всмятку Арно отказался. В отличие от отца, который неспешно вскрывал верхушку яйца серебряным ножичком, он предпочитал более плотный завтрак, и поэтому выбрал омлет с трюфелями и травами, посыпанный мелко порезанным шнитт-луком, безупречно приготовленный бессменным поваром де Эскофье, мадам Пули.

Воздушный омлет был идеален: его текстура оказалась невероятно шелковистой, почти кремовой, тающей во рту в ту же секунду. Обволакивающий, густой уютный вкус сливочного масла, на котором томились яйца, сменялся острой ноткой шнитт-лука и пряностью трав, не позволяя вкусу стать слишком тяжелым. Но главным аккордом этого удивительно простого блюда был трюфель. Его тончайшие, почти прозрачные ломтики, спрятанные внутри золотистых складок, давали глубокий, мясной и одновременно грибной вкус. Все это великолепие Арно запил глотком горького кофе и контраст между сливочным омлетом и резкой бодростью напитка окончательно привел его в чувство после странной помятой ночи.

От паштета из дичи, приготовленного по старинному семейному рецепту, что так обожала матушка, Арно отказался. Его горько-сладкий вкус и тяжелая текстура никогда не нравились огневику. Поданный с любым хлебом или гренками, он, сколько его не жуй, абсолютно отказывался отправляться в желудок, проглотить его можно было с огромным трудом. Поэтому Арно, добавив в кружку бодрящего кофе, подцепил серебряной вилкой кусочек мягкого молодого сыра бри, с пушистой, снежно-белой корочкой, обмакнул в розетку с прозрачным липовым медом и смакуя, придавил нежную мякоть языком к небу. Жевать такой деликатес было кощунством и Арно, прикрыв глаза наслаждался великолепным сочетанием вкуса и цвета. Вдруг он ощутил пристальный взгляд, и не успев сообразить, кто на него смотрит, получил тычок массивной головой в бок и услышал упрек, полный разочарования: