Книга К черту на кулички, страница 92 – Анастасия Итрухина

— Проводи их к командирской палатке.

Их вели через лагерь. Йердан смотрел по сторонам и чувствовал, как внутри всё сжимается. Раненые лежали прямо на снегу, укутанные в грязные одеяла. Кто-то стонал, кто-то молчал — и это молчание было страшнее. В воздухе висел запах болезни, гнили и отчаяния. Астария прижалась к нему ближе, и он почувствовал, как её пальцы сжали его руку.

— Это хуже, чем я думала, — прошептала она.

— Да, — ответил он. — Намного хуже.

Командирская палатка стояла в центре лагеря. Она была больше остальных, с двойными стенками и пологом, но всё равно оставалась палаткой — простой, функциональной, без излишеств. У входа стояли двое гвардейцев в полных доспехах. Провожающий заскочил в палатку, чтобы доложить о визите информаторов, и быстро вышел, жестом приглашая войти. Гвардейцы молча расступились, пропуская.

Йердан вошёл первым.

Внутри горел магический светильник, отбрасывая резкие тени на стены. За столом, заваленным картами и донесениями, сидел мужчина. Он был высок, широкоплеч, с седыми волосами, забранными в тугой хвост, и лицом, которое Йердан видел только на старых портретах. Лицо, которое он ненавидел и боялся всю свою жизнь. Лицо, которое он видел в зеркале каждый день.

Генерал Кайлан поднял глаза. И замер.

Они смотрели друг на друга долго. Слишком долго. В палатке было тихо, только ветер хлопал пологом да где-то вдалеке ржали лошади.

— Ты, — сказал наконец генерал. Голос у него был низкий, хриплый, как у человека, который давно не разговаривал. — Ты… Йердан.

— Да, — ответил Йердан. — Я.

Кайлан медленно поднялся. Он был выше сына на пол головы, и в его движениях была та же хищная грация, что и у Йердана. Но в глазах цвета чистого яра застыла боль. Боль одиночества.

— Ты вырос, — сказал генерал.

— Вырос, — ответил Йердан. — Позволь представить мою спутницу. Это Астария Вереск. Баронесса. Моя… — он запнулся. — Моя.

Кайлан посмотрел на Астарию. Долго. Внимательно. Потом снова на сына.

— Ты пришёл, чтобы убить меня? — спросил он просто. — Или чтобы попросить помощи?

Йердан покачал головой.

— Ни то, ни другое. Я пришёл, потому что в вашем лагере эпидемия. И я знаю, откуда она. Это яд. Его поставляют через эльфа Фаэрана и его людей. Они травят ваших солдат, чтобы ослабить север и спровоцировать демонов на вторжение.

Кайлан замер. Потом медленно опустился обратно в кресло.

— Я знал, — сказал он тихо. — Я знал, что это не болезнь. Но не мог доказать. У меня нет ни людей, ни времени, ни ресурсов. Половина лагеря уже мертва. Ещё четверть — на грани.

— Теперь у вас есть доказательства, — сказал Йердан. — И у вас есть я. И она. — Он кивнул на Астарию. — У нас есть документы, подтверждающие связь лавки «вечный цветок», в которой выращивают редкие ядовитые растения, с аптечной сетью Фаэрана. И служанка, которая может опознать наёмников Фаэрана. И трое пленных, которые уже дали показания.

Кайлан смотрел на него долгим взглядом. В этом взгляде было всё: горечь, стыд, надежда и что-то ещё, чему Йердан не мог найти названия.

— Ты не должен был приходить, — сказал генерал. — Я — предатель. Я опозорил корону. Я — причина того, что ты рос без отца.

— Я знаю, — ответил Йердан. — Но это не имеет значения. Сейчас имеет значение только одно: остановить Фаэрана и его хозяев. И спасти ваших людей.