Книга Ты моё проклятие, страница 94 – Анастасия Итрухина

Он замер. В его глазах что-то вспыхнуло – не удивление, а скорее холодное, яростное подтверждение самых худших подозрений.

— Ольга? – его голос стал низким и опасным.

Я кивнула, чувствуя, как по телу снова пробегает холодок, несмотря на больничное тепло.

— Да. Она… она все спланировала. Это она дала Кириллу твой номер. Это она придумала, как меня выманить. Она пришла, чтобы… злорадствовать. – Я сглотнула комок в горле, пытаясь выдать ровный тон. – Она сказала, что ты виноват. Что если бы ты сделал ей предложение три года назад, ничего бы этого не случилось. Ни меня, ни нашей коллекции, ни этого подвала. Вся моя боль, по ее словам, – это последствие твоей ошибки.

Я видела, как скулы Максима напряглись, а пальцы, которые только что держали мою руку, сжались так, что кости хрустнули.

— Она сказала, что не хочет ни денег, ни тебя. Она хочет посмотреть тебе в глаза, когда ты поймешь, что потерял меня навсегда. И… это она сломала трубу, Макс. Она затопила подвал, чтобы ускорить конец. А потом сказала, что во всем обвинят Кирилла, а она будет наблюдать за твоими страданиями издалека.

Наступила тишина, густая и тяжелая. Максим не двигался, его взгляд был устремлен в одну точку на белой стене, но я видела, как в нем бушует буря. Яростная, беспощадная.

— Я… я знал, что ее ноги где-то рядом, – наконец проговорил он, и его голос был ровным, но в нем звенела сталь. – Но прямых доказательств не было. А теперь они есть. Твои показания.

Он медленно поднял на меня глаза, и в них я увидела не просто гнев, а обещание. Обещание тотального и окончательного возмездия.

— С ней покончено, Алиса. Официально и навсегда. Она пересекла все границы. Она слишком многое хотела у меня отнять. – он произнес эти слова с такой весомостью, что мне показалось, он видит меня насквозь, видит и ту тайну, что я ношу внутри. Но это было лишь совпадение. – Она ответит за все. Я лично прослежу за этим.

Максим наклонился и прижал лоб к моей руке, закрыв глаза. Этот жест беспомощности и одновременно сосредоточенной решимости был красноречивее любых слов.

— Прости меня, – прошептал он. – Прости, что не смог тебя защитить.

— Ты ни в чем не виноват, – твердо сказала я, проводя рукой по его волосам. – Виновата она. Только она. И мы справимся. Вместе.

Он поднял голову, и в его взгляде читалась новая, лихорадочная энергия. Угроза была названа по имени, и теперь он мог действовать.

— Вместе, – подтвердил он, и его губы тронула чуть заметная улыбка. – Всегда вместе.

И в тот момент, глядя на него – сильного, решительного, готового защищать меня и наше общее дело до конца, – я почувствовала не просто облегчение. Я почувствовала фундамент. Тот самый, на котором можно строить дом. Выращивать сад. Растить ребенка.

Моя тайна все еще теплилась внутри, как самый бережный огонек. Но теперь я знала – когда придет время, и кольцо окажется на моем пальце, оно ляжет на почву, уже очищенную от ядовитой плесени прошлого. И нашему счастью ничто не будет угрожать.

Выписка из больницы стала возвращением в другую жизнь. Наш загородный дом встретил меня не просто теплом, а ощущением нерушимой крепости. Максим превратился в тень — внимательную, заботливую, немного гиперопекающую. Каждую ночь я просыпалась от кошмаров, в которых давили лед и вода, и он был всегда рядом, чтобы обнять и успокоить, его твердое, надежное присутствие растворяло остатки ужаса.