Книга Акула в твидовом костюме и дело гениального шефа, страница 84 – Салли Минн

— Э-э, господин Кан, — начала Ханна, бросив на меня взгляд, полный немого вопроса, — имеет в виду, что он любезно предоставил мне комнату, пока решается вопрос с моей квартирой. В ней нет электричества после истории с щитком. — И тут же, спохватившись, добавила: — Но завтра свет уже будет, и можно будет вернуться.

Я прошёл к дивану и обратился к Питеру, который с нескрываемым интересом наблюдал за происходящим.

— У вас ещё есть вопросы, или проверка окончена и вы наконец займётесь работой?

— Проверка и есть наша работа, — ответил Питер. Но намёк понял. — Сэм, нам пора. Завтра созвонитесь, всё обсудите.

Он уже открывал входную дверь.

Не успел я повернуться к Сэму, как тот уже совал Ханне свою визитку.

— Мисс Вейл, если что — звоните в любое время.

Улыбнулся ей и пошёл к выходу, полностью игнорируя моё присутствие. Вообще-то это я тут живу. И ты у меня в квартире. Никакого уважения!

Наконец все ушли. Я снова взглянул на Ханну. Вместо привычного мягкого взгляда меня теперь прожигали двумя раскалёнными углями. Мне даже стало не по себе.

Она развернулась и, не сказав больше ни слова, пошла в сторону своей комнаты.

— Ханна, ты есть будешь? — крикнул я ей вслед.

— Буду, — крикнула она уже почти на пороге. И тут же добавила: — И не ты, а вы.

Дверь захлопнулась с такой силой, что картина на стене качнулась.

* * *

Готовить решил что-то овощное, чтобы не наедаться на ночь. Остановился на быстрой обжарке овощей на воке. Резал кабачки, перец, брокколи соломкой, готовя всё для сковороды, а мысли крутились по кругу: Мин Хо и его долги, Данн и его методы, грязные заголовки, перьевая ручка и лицо Ханны.

Точно, Ханна. Взглянул на часы. Она минут двадцать, наверное, как зашла в ванную отмыть чернильное пятно с лица — и так и не вышла.

В голове сама собой возникла картинка, от которой нож пошёл быстрее: как Сэм тянется к Ханне. Нравится она ему, что ли? Неуклюжая ведь — три блузки за неделю испортила… Зато милая. И симпатичная.

Отложил нож, посмотрел на сковороду с уже подрумянившимися овощами. Ну где она там?

Направился в сторону ванной.

— Ханна, всё в порядке? Помощь нужна?

Тишина.

— Ханна? Ты что, уснула?

Из-за двери донёсся стон, такой, какой вырывается, когда очень больно, но кричать нет сил, а молчать не получается.

Я схватился за ручку.

— Ханна, что случилось? Я зайду?

— Нет! Ай… не надо!

Не послушал, дёрнул ручку. Заперто.

— Ты дверь заперла? Ханна, открой!

— Не могу… ай… больно!

— Что там? — Я всё дёргал эту несчастную дверь.

— Нога! — крикнула она. — Ногу сводит… ай!..

Бросился на кухню, схватил нож, вернулся к двери. Уже третий раз за неделю эта женщина заставляет меня волноваться. Втиснул лезвие в щель у замка, поддел, надавил. Язычок с сухим щелчком отскочил.

— Я захожу, — крикнул я и толкнул дверь.

Внутри Ханна сначала испуганно вскрикнула: «Я не одета!» — но тут же забыла про смущение и снова схватилась за ногу.

— Сводит! Ногу сводит! Больно!

Я схватил полотенце и накрыл её. Стоило догадаться раньше, что ночь в холодильнике и удар по голове даром не проходят, а я отпустил её плескаться в ванной одну.

— Не впервой мне видеть тебя без одежды, — бросил я, перешагивая через бортик ванны как был, в джинсах и рубашке.

Быстрым движением выдернул пробку, чтобы вода начала уходить, перехватил её ледяную стопу и с усилием потянул носок на себя, упираясь ладонью в пятку.