Книга Акула в твидовом костюме и дело гениального шефа, страница 1 – Салли Минн

Ханна

— Ты правда думаешь, что в это кто-то поверит?

За дверью кто-то не сдерживался — голос звенел от злости, каждое слово било, как удар по столу. Я стояла у той самой двери, куда меня направили пять минут назад.

Это было одно из тех крупных отделений полиции: карманников и пьяных дебоширов сюда не привозят — для них есть участки поближе к дому. Сюда свозят дела, за которыми потом полгода следят журналисты. Сегодня здесь держали настоящую крупную рыбу. И я уже второй день охотилась именно за ней.

В коридоре пахло растворимым кофе и чем-то хлорным. По коридору навстречу мне вели двоих в наручниках — лет сорока на вид, оба с многодневной щетиной и тяжёлыми, скользкими взглядами: с такими лучше вообще не пересекаться по пути. Один, поравнявшись, присвистнул:

— Малышка, ты ко мне?

Я осталась стоять на месте, глядя прямо перед собой, так, словно их тут и не было.

— Зачётный зад, — донеслось уже из-за спины. — Вот выйду, найду, и мы с тобой повеселимся.

Договорить он не успел: конвоир коротко дёрнул его за плечо. Второй заржал в голос. Мне стало неуютно, но значения я этому не придала — сегодня был не тот день, чтобы отвлекаться на подобное.

— Отпечатки твои. Сейф твой. Яд твой, — продолжал голос за дверью. — И ты хочешь мне сказать, что не помнишь, как его доставал?

— Я повторяю сотый раз, что не убивал его.

Это был другой голос — ниже, тяжелее. В нём не было раскаяния, только упрямство.

— Конечно. Не устал твердить одно и то же? — Первый голос усмехнулся коротко, без веселья. — Думаешь, деньги и связи тебя вытащат? Сгниёшь в тюрьме.

Я стояла у двери и уже прокручивала в голове сценку, как в кино, как это будет выглядеть. Я распахиваю дверь. Одним взглядом ставлю зарвавшегося следователя на место — что-то короткое, ледяное, такое, после чего он молча выходит из комнаты. Клиент поднимает голову, видит меня, и его плечи опускаются — ровно так, как это обычно снимают крупным планом под музыку. Он понимает: сейчас всё изменится. Потому что пришла я.

Дальше в этом кино он благодарит меня, искренне, без сарказма, за то, что взялась за его дело. Тут же подписывает контракт, не глядя. А на следующий день начальник вызывает меня в кабинет, жмёт руку и говорит, что выделяет мне отдельный кабинет и личную помощницу в придачу. Я представила лицо этой воображаемой помощницы и не удержалась — хихикнула вслух, прямо тут, в полицейском участке.

Мне очень нужно было это дело. Не «хотелось бы» — очень нужно, до зубного скрежета.

Я не затем пять лет корпела над кодексами, чтобы разбирать пропажу соседского гнома или делить винил между Дорофеевыми. И уж точно не затем спорила с преподавателями на госэкзаменах, чтобы измерять рулеткой забор, который кто-то подвинул на жалкие двенадцать сантиметров. Всё это была возня для стажёров. А это дело пахло громким скандалом, статьями в газетах и настоящей охотой.

Если я не заберу дело шеф-повара сегодня, завтра меня выставят из конторы. Там последние полгода всё держится на честном слове, платить лишнему человеку никто не собирается, а из лишних я — самая свежая. Зато такое дело — это не просто шанс удержаться. Это деньги, про которые на заборах и гномах не мечтают. И имя, после которого меня наконец начнут воспринимать как адвоката, а не как девчонку, которая приносит кофе.