Книга Ведьмы Шервудского леса, страница 75 – Ксения Шкуренко

— Оборотни — физическая сила, скорость, чутье, — добавил Киллиан. — Они могут превращаться в разных зверей. Это делает их непредсказуемыми. Но я проверил фазу луны.

— И? — я подняла бровь.

— Тридцать первого октября — растущая луна. Турнир длится три дня, так? Значит к третьему ноября луна будет почти полной.

— С каждым испытанием оборотни будут становиться лишь сильнее, — я закусила губу, пытаясь придумать что-то, что поможет нам против оборотней, но единственным решением, которое вертелось в голове было избегать встречи с ними. — Что насчет вампиров? Ты ведь читал о них?

Губы Кавальере растянулись в самодовольной улыбке.

— За кого ты меня принимаешь? Разумеется, я читал. Вампиры устойчивы к психическому урону. Полтергейсты не будут на них действовать, но днем вампиры слабы — солнце вытягивает их силы.

Асмодей милостивый! Это же отлично! Да!

— Вампиры сильные противники только в ночное время, — возбужденно выпалила я. — Но днем они бессильны против нас, словно смертные!

Я случайно посмотрела на Кавальере. На его лице все еще сияла улыбка, будто я только что отвесила комплимент его прекрасным волосам или новой рубашке.

— Чего это ты так ухмыляешься? — осмелилась спросить я и тут же пожалела.

Киллиан пожал плечами и придвинул свой стул ближе ко мне.

— Да так, — тихо произнес он, когда между нами осталось всего несколько дюймов. — Радуюсь тому, что твой депрессивный эпизод наконец-то прошел.

Я поняла, о чем он. Вот только Киллиан заблуждался. У меня не было никакой депрессии. Я вполне осознанно игнорировала его почти две с половиной недели, прилагая к этому все доступные мне усилия.

Присутствие Кавальере дурно на меня влияет. Оно сродни бешенству — поначалу чувствуешь легкое недомогание, а затем оно поражает мозг и нервную систему, путает мысли и меняет поведение. В конечном итоге бешенство приводит к смерти, как только начинаются клинические проявления.

Я все еще не забыла слова Присциллы о том, что некто, носящий горделивый венец, может стать моей погибелью. Киллиан Кавальере начал вызывать во мне слишком много чувств, которых рядом с ним вообще не должно было возникать. И самое отвратительное заключалось в том, что в глубине души я понемногу начала осознавать, что по какой-то абсурдной и немыслимой причине он уже поселился у меня голове.

Поздно для вакцинации.

— У нас есть неплохие шансы выиграть, если мы не будем мешать друг другу, — ровно продолжила я, решив проигнорировать слова Кавальере.

* * *

Институт Кроули преобразился. Шатры и палатки были разбиты по всей территории, и теперь все вокруг больше напоминало огромный магический фестиваль, чем учебное заведение. Между ними сновали ведьмы, оборотни и вампиры, преподаватели и гости из Ирландии. Наши студенты толпились во дворе, с нескрываемым любопытством разглядывая прибывших участников.

Ближе к забору возвышалась большая сцена. На ней уже суетились организаторы, проверяя оборудование и последние приготовления.

Несмотря на то, что рядом стояли Силли и Шон, меня все равно жутко мутило и трясло.

Когда наступил полдень, Дункан поднялась на сцену. Ее голос разнесся по всей территории, отразился от стен Института и жилого кампуса и постепенно заглушил гул толпы.

— Добро пожаловать на «Тринадцатый перекресток»! — объявила она. — Турнир, который проводится раз в тринадцать лет между магическими школами Великобритании и Ирландии. Я рада приветствовать участников, их семьи и всех, кто собрался здесь сегодня.