Книга У тебя нет выбора, страница 99 – Даша Коэн

— А от Крутинки? Может, еще что-то ходит? Частники или такси?

— Так, кто ж его знает, милая.

— Я пешком туда пойду и узнаю… — уже было ринулась я в обратную сторону.

— Да ты сдурела совсем, девка! Окстись! У тебя вон зубы стучат — я отсюда лязг их слышу. И нос красный. И губы синие. Помогут отцу твой героизма, что ли, ежели ты завтра с пневмонией сляжешь и перед господом героизма представишься? Шутки ли, семнадцать километров по холодрыге такой топать!

— Мне надо, теть Люся, — почти расплакалась я.

— Ой, что творится-то…, — запричитала женщина, — знала бы, что ты сорвешься сюда и такое исполнить начнешь, так не звонила бы тебе и ничего не рассказывала! Как меня и просили…

Но последние ее слова я благополучно пропустила мимо ушей, думая о своем. О важном!

— А, может, меня дядь Вова довезет? — спохватилась я.

— Так машина у нас с зимы не на ходу. Настя, — развела руками женщина, — и я совсем сникла.

— Но что же мне делать? — прохрипела я судорожно.

— Пошли в дом. Покормлю тебя горяченьким, чаю с медом и лимоном наведу. А сама пока обзвоню тут мужиков, у кого колеса есть. Авось кто согласится тебя до Крутинки доставить на ночь глядя. Но пешком не пущу, так и знай. Володьку попрошу, ежели не послушаешься. Он тебя быстро в бараний рог скрутит!

— Ладно…, — кивнула я и поплелась скорее вслед за соседкой, которая указала мне на сени, а сама корову в старенький, покосившийся сарайчик повела, где ее встретил муж, да и принял скотину. Ее теть Люся уже год, как доить не могла. Руки болеть начали.

Я в дом юркнула, но дальше прихожей не прошла. Топталась, не зная, что делать. Пару раз снова набрала номер той самой сиделки, что была приставлена к отцу, но она весь день мне не отвечала. Хотя я оборвала ей трубку после того, как со мной связалась соседка.

Мне нужна была хоть какая-то конкретика.

Хоть что-то, а не оглушающий вакуум.

— Проходи, Настюш. Ох, носки совсем мокрые. Сейчас дам тебе сменку.

И тетя Люся захлопотала вокруг меня. Переодела в сухое и чистое. И телогрейку с печки дала, а я в нее завернулась и чуть не расплакалась от благословенной теплоты. Затем тарелку борща наваристого в себя опрокинула и большой кружкой чая заполировала все это дело, прислушиваясь к тому, как подозрительно начало ломить кости.

Хоть бы и правда не разболеться.

— Как это случилось?

— Отец твой сам виноват. В себя поверил или у бога разрешения спросил, кто его теперь разберет. Смолить снова начал, как паровоз. Так ко всему еще и пошел сам свинарник с утра чистить, а потом резко почувствовал себя плохо. Сначала сюда карета скорой помощи приехала из нашего фельдшерского пункта. Потом спустя час из Крутинки врачей вызвали. И вот тут я узнала, что инсульт повторный у Андрея. Галина эта, ну которая сиделка, сказала не тревожить тебя ни в коем случае, мол, у них там все под контролем. А я не стала ее слушать...

— Поэтому она и трубку не берет, — буркнула я, — гасится...

— Наверное...

— А зачем тогда повезли аж в Тюкалинск?

— Сказали, что какие-то анализы взять необходимо кровь из носу, чтобы не усугубить.

— Ясно...

— А ты как учебу-то бросила, Настя? — заломила руки женщина.

— Нормально все. Мне почти все зачеты автоматом в этом семестре поставят. А сессия еще нескоро. Пара недель точно есть в запасе. Я тут немного побуду, пойму, что волноваться причин нет, и обратно улечу.