Книга Лис. Тени моего сердца, страница 75 – Марина Альте

— Ну что, пошли небожительницу на землю опускать? — он делает неопределённый жест в сторону подъезда. — Только, чур, если она начнёт палить, я прячусь за твою широкую спину, брат. Ты у нас сегодня герой-любовник, тебе и свинцовые плюшки получать…

Помощничек, бляха!

— Ты главное волчару держи, — предупреждаю.

Якут поднимает руки и кривит морду:

— Как пойдёт, брат!

Сука,… а мне это уже не очень нравится. Может, ну его нахуй? У меня с собой ни ксилонида, чтобы этого пса накачать, ни транквилизатора. Но Якут, не останавливаясь, с приглушённым матом и лязгом распахивает металлическую дверь парадной, заныривая в залитый удушливой вонью подъезд.

До третьего этажа добираемся, как две тени — огромные, пьяные, но полные энтузиазма. Якут делает знак «тихо», когда я останавливаюсь у её двери, ловит фокус и с серьёзным ебалом, аккуратно, почти нежно, давит на кнопку звонка. Короткая трель в ночной тишине звучит едва ли не приветливо.

— Слышь, Лис, — шепчет он мне, обдавая перегаром элитного вискаря. — А если она в пижаме с уточками? Мне заржать можно будет?

Я шикаю на него, чувствуя, как запал разгоняется, мешаясь с дурацким смешком.

Стоим, качаемся, как два грёбаных маятника. Якут из бутылке прихлёбывает, что с собой из барреля прихватил. Я судорожно поправляю ремень, ощупываю себя — ну мало ли, вдруг ширинка настежь и хозяйство уже наружу просится. А он, падла такая, напрягается с новой силой, впивается в джинсы, будто и не было того пустого финиша в борделе. Будто решил: «Вот сейчас — по-настоящему». Пытаюсь нацепить маску суровой решительности, но в голове гудит виски, и рожа, чую, больше смахивает на морду блудного кота, который не просто нагадил в тапки, а еще и требует за это двойную порцию сливок.

— Кто? — доносится из-за двери.

Этот голосок бьет наотмашь. Мой внутренний поршень замирает на полпути, пульс частит где-то в кадыке.

— Эй, соседка, вы нас топите! Совесть поимейте! — подает голос Якут, вкладывая в эту ложь всю свою харизму.

Щелчок замка — как выстрел в тишине. Дверь распахивается, и на пороге она. У меня в глазах темнеет, когда я её вижу и вдыхаю полной грудью сладкий её запах.

Волосы рассыпаны по плечам, со сна, спутанные и чертовски манящие. На ней ахуенная пижама: майка на тонких лямках и шорты с кружевами, которые открывают вид на такие ноги, за которые в аду отдельный котел полагается. Заметив наши нетрезвые физиономии, она тут же оборачивается в халат и запахивает его наглухо, словно задраивает люк в танке.

Броня надета, дистанция обозначена, время для атаки!

— Какого хрена?! — выдыхает она. В ее глазах — дикий ахуй вперемешку с брезгливостью.

— Вот тебе и уточки... — брякает Якут. Его ведёт в сторону, он едва успевает ухватиться за косяк, чтобы не рухнуть ей под ноги.

Я молчу. Смотрю на неё — и чувствую, как душевный смрад внутри начинает плавиться под её взглядом, словно пластилин на раскалённой батарее. Адреналин уже не просто херачит — он меня изнутри заживо пожирает!

Пока девчонка в ступоре, решаю не тормозить. Подталкиваю Якута, сам шагаю в хату. Дверь — захлопнул. В крохотной прихожей двум амбалам вроде нас жутко тесно.

— Убирайтесь вон! — тоном праведного гнева стартует копша. — Это нарушение неприкосновенности жилища, статья 139-я!