Книга Убить любой ценой, страница 37 – Марина Серова

— Валентина Викторовна, взгляните. Вам знаком этот флакончик? — спросила я.

Повариха быстро подошла ко мне.

— Откуда это? Я его в первый раз вижу! Клянусь вам, Татьяна Александровна! — воскликнула женщина.

— Ладно, — кивнула я и опустила флакончик в карман своего брючного ансамбля.

В это время мы услышали, что в особняке открылась входная дверь, стали слышны громкие голоса и шаги. Стало быть, это приехали полицейские.

Я вышла из кухни и направилась в холл. Первым, кого я там встретила, был Кирьянов.

— Ну что, Тань, давай веди, показывай.

Вместе с Владимиром пришли несколько оперативников, а также криминалисты и медицинские эксперты. Я привела всех на кухню, и они тут же приступили к делу. Сначала они внимательно осмотрели тело горничной, параллельно проводя фотографирование и видеосъемку места происшествия.

— Можно увозить, — распорядился судебный медик Валерий Михайлович Глинский.

— Валерий Михайлович, — обратилась я к нему, — что вы можете сказать прямо сейчас?

— Ну, навскидку, девушка была отравлена сильнодействующим ядом, — ответил Глинский.

— Я так и думала, — кивнула я.

— Но подтвердить это может только исследование образцов тканей и биологических жидкостей, — подчеркнул Глинский.

— Да, конечно, Валерий Михайлович, — кивнула я, — будем ждать результата анализов.

В это время полицейские приступили к обыску на кухне. Они осмотрели не только содержимое кухонных шкафов, выдвигая каждый ящик, но и отодвинули их для того, чтобы добраться до стен, к которым они были придвинуты.

После осмотра кухни настала очередь столовой. Кирьянов распорядился провести следственный эксперимент. Всех, кто в этот вечер ужинал в столовой, Владимир попросил сесть на свои места и вспомнить, как Кристина внесла поднос с коктейлями, куда она его поставила, что она делала после того, как принесла коктейль, а также кто брал для себя фужер и куда потом его ставил.

В конце дознания все фужеры, а также все принадлежности, которые использовала Валентина Викторовна, когда готовила напитки, были отправлены в токсикологическую лабораторию на экспертизу. В общем, были выполнены все этапы дознания.

После того как оперативники допросили каждого из тех, кто находился в столовой во время ужина, мы с Владимиром прошли в кабинет Свирестельникова, с его разрешения, и начали анализировать то, что произошло с горничной.

— Володь, что ты думаешь по этому поводу? — спросила я Кирьянова. — Можешь говорить, не опасаясь прослушки, я уже проверила кабинет Свирестельникова на предмет «жучков», все чисто.

— Тань, а я хочу спросить тебя. Ведь ты же была со всеми в столовой, не так ли?

Владимир посмотрел на меня.

— Кто чем занимался? — задумалась я. Если честно, не сказать чтобы я следила за собравшимися на ужин, больше думала о том, что хочет мне рассказать горничная Кристина. Но профессионализм никуда не денешь. И я, сосредоточившись, принялась восстанавливать события прошедшего ужина. — Так. Елизавета о чем-то тихонько разговаривала с Илларионом. Константин Свирестельников просто ел. Александр сидел в телефоне. Григорий болтал с Маргаритой. Кто там еще? А, Владислав… Этот тоже в телефоне сидел. С коктейлями… Перед ужином Кристина внесла поднос с бокалами, поставила на столик. Сразу взял бокал Александр. А, нет, два бокала — один себе, второй отдал другу. Потом подошел Илларион — и тоже два бокала, себе и Маргарите. Свирестельников-старший взял коктейль, пригубил и поставил обратно. Ну, собственно, и все, что мне запомнилось. Я пить не стала — сам знаешь, на работе я к алкоголю отношусь настороженно.