Книга Код мессии, страница 2 – Майкл Корди

— Садимся! — прокричал пилот, перекрывая грохот винта.

Изекьель не ответил, все еще завороженный видом утесов. Под одним из них, нависающим козырьком, он заметил три запыленных «лендровера». К заднему бамперу каждого была привязана циновка — заметать следы шин на песке. Очевидно, все посвященные уже на месте, в Священной пещере.

Изекьель бросил взгляд на своих спящих спутников. В мирской жизни один из них был известным американским промышленником, другой — видным итальянским политиком. Оба они входили во Внутренний круг братства. Но кажется, сюда явилось и множество тех, кто вовсе не входит во Внутренний круг, — значит, удержать в секрете такую новость не смогла даже укоренившаяся в братстве маниакальная одержимость любыми тайнами.

По мере приближения к подножию главного утеса грохот винта, казалось, еще более усиливался. Едва вертолет сел, Изекьель де ла Круа рывком открыл дверцу и с ловкостью, поразительной для его шестидесяти лет, спрыгнул на иссушенную солнцем землю. Сощурившись, чтобы защитить глаза от секущих лицо песчинок, он пригнулся и выскочил из-под вращающихся лопастей. У подножия скалы, под сводом проема, стоял мужчина, одетый в легкий костюм. Изекьель тут же узнал в нем брата Майкла Уркварта, еще одного члена Внутреннего круга. Уркварт был весьма успешным адвокатом, но, глядя на его рыхлое старческое тело, Изекьель невольно подумал, что он, как и многие другие члены Внутреннего круга, уже слишком стар и слишком устал от жизни, чтобы противостоять ожидающим всех их новым проблемам.

Изекьель протянул правую руку, пожал руку брата.

— Да будет он спасен, — произнес он положенное приветствие.

Левая рука брата Майкла присоединилась к его правой, Изекьель подал свою левую, и это двойное рукопожатие образовало крест.

— Дабы он мог спасти праведных, — ритуально ответил Уркварт, довершая обряд.

Рукопожатие распалось, и Изекьель тут же спросил:

— Никаких изменений?

Его взгляд словно пронзал ножом, требуя подтверждения того, что изнурительный полет не был напрасным.

Усталое лицо брата Майкла расплылось в улыбке.

— Никаких, отец Изекьель, все по-прежнему.

Напряжение, сковавшее Изекьеля, позволило ему ответить лишь слабым подобием улыбки. Не обращая внимания на двух своих спутников, с трудом выбиравшихся из вертолета, он похлопал Уркварта по плечу и шагнул под свод.

Внутри пещера, со стенами, изъеденными временем, ничем не отличалась от естественных, нередких в этих местах. Около десяти футов в высоту, длиной и шириной футов в двадцать, она не носила никаких явных следов присутствия тут человека, если не считать факелов, укрепленных на стенах. Но впереди, в полумраке, Изекьель с облегчением разглядел в дальней от него стене уже открытый вход: чтобы сдвинуть закрывавшую его тяжелую каменную плиту, требовалось немало времени. Миновав вход, Изекьель де ла Круа увидел два больших газовых фонаря, освещавших мозаичный пол и стены, на которых были высечены имена всех тех, кого уже нет с ними, — имена тысяч братьев, так и не дождавшихся того, что свершилось только сейчас. Вот и вход на Главную лестницу — грубо вырубленные в камне истертые ступени, винтообразно спускающиеся в глубину утеса, под пески Иордании.

Не дожидаясь остальных, Изекьель стал спускаться. Пренебрегая веревочными перилами, он, чтобы удерживать равновесие, лишь касался пальцами прохладного камня стен. В дрожащем свете факелов — подземный ветерок гулял по лабиринтам пробитых в толще скалы воздуховодов — резьба и фрески на низком потолке, казалось, начали плясать.