Книга Боевая целительница в Академии. Книга 2, страница 22 – Виктория Рэд Харт

Но пациенты шли. И платили.

Мы проработали в том городе дней десять, за это время скопили немного монет, прикупили кое-что из припасов. Фтис пересчитывал деньги каждый вечер, прикидывал, куда пойти, чтобы подзаработать.

— Еще заглянем в Хакор, Олвас и, может быть, в Сортан, а потом пойдем зимовать в Лайзорес. Большой и богатый южный город. Там на окраине сможем снять себе комнату, — сказал он, когда мы собирали вещи перед уходом. — А может, еще южнее пойдем. Посмотрим, какой будет зима.

— На юг? — переспросила я.

— Да, там сейчас еще тепло, а к зиме и подавно лучше, чем здесь. Будем по городам ходить, пока холода не прижмут. А на юге и зимой можно работать. Люди там тоже болеют.

Я кивнула.

Логично. Северные города зимой вымирают: кто уезжает, кто сидит по домам. Бездорожье, холод. А на юге климат мягче.

— А здесь? — спросила я, кивнув на город за окном.

— Здесь мы свое взяли, — усмехнулся он. — Те, кто хотел, уже вылечились. Остальные либо не верят, либо денег нет. А те, кому мы не понравились, уже начали вопросы задавать. Я вчера слышал, как двое прохожих обсуждали, что я вроде воздушником был когда-то. Но не узнали из-за грима. Пора, пока не вспомнили.

Я собрала свои вещи — немного, всё с собой. Спирт, бинты, нож, расческа. Всё остальное — в схроны, на обратном пути заберем, если придется возвращаться.

Ушли мы рано утром, когда город только просыпался. Фтис шел впереди, я чуть сзади, как и положено ученице. За спиной остался очередной город, в котором мы помогли людям, и сделали ноги.

— Долго нам так кочевать? — спросила я, когда мы вышли за ворота.

— Пока не нарастим жирок, — ответил Фтис. — Пока я не смогу за тебя постоять по-настоящему. Пока ты не научишься за себя постоять. А там видно будет. Может, осядем где-нибудь. Может, нет.

— А может, свой дом откроем, — усмехнулась я. — Лечебницу. Чтобы свое крыльцо, своя печка, свои пациенты.

Фтис оглянулся и посмотрел на меня с интересом.

— Лечебницу? — переспросил он. — Это где лечат?

— Где лечат, — подтвердила я. — Больница по-нашему. Чтобы койки, чтоб инструменты, чтобы не бегать по городам, а люди сами приходили.

— Мечтать не вредно, — хмыкнул он. — Но для этого деньги нужны. Большие. И крыша. И документы. И имя. И самое главное — лицензия.

— Имя заработаем, — понадеялась я. — Деньги накопим. Крышу найдем. А документы... ну, как-нибудь решим. А вот с лицензией надо подумать.

Мы брели по пыльной дороге на юг, и я впервые за долгое время думала не о том, как выжить сегодня, а о том, что будет завтра. Через месяц. Через год.

Странное чувство.

В прошлой жизни я как-то перестала мечтать. Работа, дом, работа, дом — и так много лет. А здесь, в этом дурацком средневековье с магией и грязью под ногами, я вдруг поняла, что хочу чего-то большего.

— О чём задумалась? — спросил Фтис.

— О лечебнице, — честно ответила я. — О том, как будем ее строить. Слушай, а как получить лицензию?

— Сначала переживем зиму, — буркнул он. — А потом посмотрим.

И мы пошли дальше на юг.

Дом отца Фтиса стоял на отшибе небольшого городка Ситайл. Просто избушка с провалившейся крышей и засохшей яблоней у калитки. Но в окнах горел свет — значит, старик еще жив.

Фтис долго стоял перед калиткой, не решаясь войти. Пятнадцать лет он отсутствовал дома. Пятнадцать лет его отец не знал, жив ли сын. Я ждала в стороне, прислонившись к ветхому забору. Мы добирались сюда почти два дня и сильно устали.