Книга Королевская кровь-14. Часть 2, страница 48 – Ирина Котова

Алина тихонько протянула руку и погладила его по спинке — и ворон потерпел несколько секунд, затем зашипел грозно и громко, растопырил крылья и вспорхнул с места, так и зажимая мясо в когтистой лапе.

— Вряд ли ты Макс, конечно, — признала принцесса и вздохнула. — Он все же поумнее.

Да и Мартин с Викторией, с которыми они не то чтобы сдружились, но очень по-доброму общались, сказали, что там точно никаких следов ауры Макса нет. Что это обычные птицы. Но что ей оставалось, кроме как надеяться?

Алина сходила в дом, чтобы помыть тарелку, и принесла тряпку, чтобы замыть следы крови на скамье. На ней опять сидел ворон — возможно, что и тот же — и держал в клюве веточку с зачатками желудей. Кинул ее Алине, когда она осторожно подошла, и улетел.

Принцесса помотала головой, потому что вороны не первый раз ей что-то притаскивали — один раз даже полупридушенного мышонка, которого ей стало так жалко, что она ухитрилась его вылечить своей темной силой, словно увидев, как он переломан, и подправив его. Мышонок сбежал куда-то в щель под дом и теперь периодически шуршал там, и Алина иногда улыбалась, воображая, как вернется Макс и она будет ему это объяснять, а он слушать и смотреть на нее, слегка приподняв брови и дергая уголком рта, как ему свойственно.

Когда случались такие вороновы подарки, мозг сразу начинал лихорадочно соображать: «А вдруг это знак? А может, мне нужно что-то с этой веткой сделать? А вдруг это послание?». Начал и сейчас, и Алина покрутила в руках дубовью веточку со словно серебристыми прожилками в коре, свидетельством того, что не простые это деревья, — и приказала себе успокоиться.

В конце концов, для призыва Макса у нее все есть. Кроме сил — нужно еще окрепнуть, как говорит Тайкахе.

— Значит, не выдумываем ничего, Богуславская, продолжаем хорошо питаться и спать, заниматься укреплением мышц, и ждем, терпеливо ждем, — наставительно сказала она себе голосом Макса и пошла ставить веточку в воду.

Вот это говорение его голосом, ношение его одежды, чтение его книг и использование его туалетной воды оставалось ее манией. Она и записи его лабораторные, которые Макс вел подробно и скрупулезно, описывая задумку, этапы проверки, ингредиенты и методику создания, читала взахлеб, и чтобы понимать терминологию, обложилась учебниками по магпрепаратам, ходила со справочниками в его оранжерею, чтобы понимать, о каких растениях он говорит, и все равно ощущала себя глупой-глупой, потому что он видел и описывал и стихийные свойства растений и минералов, а она пока потоки, пронизывающие их, просто не видела.

Но зато появился стимул повторять все, что она успела пройти на половине первого курса и разрабатывать руки. Каким легким сейчас оказалось то, над чем она билась все полугодие и из-за чего пыталась попасть к Тротту на Математическое моделирование магических форм! Руки словно сами вспоминали формулы управления потоками и соответствующие им жесты, нога сама отбивала ритм, и это отбрасывало Алинку воспоминаниями в день, когда она сдавала Максу зачет, и она и улыбалась, и смущалась, совсем иначе теперь трактуя его поведение.

Занятия тоже были способом быть ближе к нему.

Зигфрид по приказу Василины создал для Алины амулет-личину, который должен был при активации «надевать» на нее внешность Алины Богуславской. Но получилось, мягко говоря, странновато — и черты старой Алины были помягче, чем создаваемые амулетом, и все равно было ощущение некоей неестественности.