Книга Бесеняша в Академии Магии, страница 37 – Мстислава Черная

Чёрт!

Надо выбираться. Только как перелезть через Лайса и не разбудить?

Кстати, неожиданно, но я выспалась. Обычно я соблюдаю режим сна, ложусь вовремя и на учёбу просыпаюсь до будильника, но сейчас совсем уж рань-ранняя, а я полна энергии, как после пары чашек бодрящего кофейка, от которого я бы сейчас не отказалась.

Заварить, что ли?

— Майя…

А?! Я себя выдала? Он уже не спал?

И… как мне себя вести?!

— Лайс, – голос не подводит, я отвечаю почти спокойно.

Он медленно, словно нехотя, отстраняется и, ссутулившись, садится, спускает ноги на пол, и сходство с нахохлившимся одиноким вороном возвращается, аж в груди щемит.

Я тоже сажусь.

Убедившись, что сейчас он не злится, и вообще всё такой же расслабленно-умиротворённый, каким был во сне, я прикидываю, что, наверное, сейчас самое удачное время поговорить.

Лайс опережает:

— Когда я читал о связи камиров, не представлял, что это настолько…, – он не заканчивает фразу, пожимает плечами и мимолётно улыбается новой какой-то извиняющейся улыбкой.

— “Читал”? – цепляюсь я за интересную мысль. – В брошюрке о магии не было ни слова, да и из того, что я гораздо раньше, ещё до пари, слышала о камирах от своего куратора, ни про какую магическую связь речь ни шло.

— Брошюрка? – Лайс оборачивается, мы встречаемся взглядами, и он кривит губы, беззащитное открытое выражение лица сменяется презрительной гримасой, адресованной, к счастью, не мне. – Позорная писулька. В старых книгах, не в современных, а именно в старых, всё совсем не так. “Камир” не от слова “камердинер”, а от слова “камрад”, что с горльского диалекта переводится “друг”, “брат”, “спутник жизни”, в зависимости от контекста.

— То есть ты знал, что возникнет магическая связь? – подпрыгиваю я.

— Нет. Я читал, что маги долго готовятся, обычно не меньше недели каждый день обмениваются магией и только потом проводят довольно сложный ритуал. На практикуме я заподозрил, что богиня обяжет нас пройти через этот ритуал, но я не думал, что Истина его заменит.

— Вот как.

— В эпоху Становления маги стояли на передовой и кровью оплачивали свои привилегии. Личные способности в те времена значили гораздо больше знатности. В бою за спиной нужен надёжный друг, который прикроет, а не родовитый трус, который убежит при первом же намёке на опасность. После падения Континора наступило мирное время, в котором нет места боевому братству, зато есть место слугам.

Я улавливаю поднимающуюся в его душе волну боли и вытягиваю, как супер-мощный пылесос.

Меня даже хватает на то, чтобы понять – Лайс не об ушедших эпохах горюет, его мучает что-то другое. Возможно, связанное с войной? Последняя война… Мне кажется, последняя война закончилась, когда прошлый король был ещё жив, до регентства.

— Погоди! – озаряет меня. – То есть лорд Йоркис знал?!

— Скорее всего, – соглашается Лайс, оборачивается.

Я же, вдохновлённая идеей, торопливо рассказываю:

— Если лорд Йоркис… Да не важно, кто именно, любой преподаватель может по итогам вчерашнего цирка задать эссе на тему “Подлинная суть магической связи с камиром” или что-то в этом роде, чтобы носом ткнуть, что камир не слуга. И Ринзам придётся замолчать, а брошюркой… подтереться, – фразу я заканчиваю очень тихо, но Лайс слышит.

Ошеломление – подобные грубости в высшим свете не услышишь – сменяется улыбкой.