Книга Соленый раф для влюбленных, страница 104 – Виктория Арана

— Мамочка, пойми меня, пожалуйста. Я изначально не хотела идти по этому пути. Вы не отпустили меня дальше Тюмени, не позволили выбрать специальность своей мечты. Волновались из-за Андрея, посчитав, что он вскружит мне голову, и я все брошу из-за него. Но ведь дело все это время было в другом.

У нее задрожали губы. Мама положила свою вторую ладонь поверх моей. Хотелось встать и обнять ее изо всех сил. К сожалению, в таком случае договорить не получится. А нам это жизненно необходимо.

— Как это в другом? Доченька, ты же еще совсем молоденькая, не понимаешь, насколько жизнь бывает жестока. Мы же о тебе заботимся! А о нас ты подумала? Как нам жить, если ты будешь далеко?

Вот оно. Мама призналась в главном. На самом деле они боялись не за меня, а за себя. Рита говорила об этом неоднократно даже без своих раскладов. Но из-за того, что многим родителям было крайне сложно попрощаться со своими детьми, она заметила это раньше меня.

— Все именно так, мама. Вы больше боитесь, что мы будем реже видеться. Но это в любом случае неизбежно. Рано или поздно у меня появится семья, свои дети, и я уже не смогу бывать у вас часто. И вы не сможете приезжать ко мне, когда вздумается. Потому что это уже будет вопросом комфорта нескольких человек.

— Мне спокойнее оттого, что я чувствую: ты недалеко, – прошептала она.

— Мама. – Я грустно улыбнулась. – Спасибо, что переживаешь за меня. Я ценю каждый миг, когда ты думаешь обо мне и заботишься. Но я, честно говоря, несчастна из-за учебы. Я не буду работать по специальности. Так зачем я трачу время? Ради вашего спокойствия?

— Ты слишком юна. Через пару лет ты поймешь, почему это необходимо.

— Нет, мама. Это ты так считаешь. В реальности дела обстоят иначе. Ты можешь меня выслушать и не перебивать? Или отложим разговор на потом?

Поджав губы, она кивнула. Мы проговорили на кухне несколько часов. Проснулся папа и присоединился к нам. Он не сразу включился, но в итоге признал, что они переборщили. Причем, раньше мамы.

Я говорила и говорила, рассказывала, как чувствовала себя во время занятий с девочками. Будто находилась на своем месте. И насколько сложно шла учеба в университете, потому что я занималась из-под палки.

— Ладно, хорошо. Ты права. Мы ошибались, когда настаивали на поступлении именно туда. – Мама вздохнула и подперла голову рукой. – И чего ты хочешь? Другой специальности? Города? Чего, доченька?

— Свободы.

— Разве ты в клетке? – Папа нахмурился.

— Да. Потому что я всегда боюсь вас разочаровать, – сказала я на выдохе.

Это прозвучало. Я так боялась признаться, но мир не разверзся. Метеорит не упал, потопа не случилось, никто не уехал на скорой. Мама держала папу за руку и пыталась принять все, что мы успели обсудить. В итоге сошлись на том, что они напортачили, когда ограничили меня, посчитав слишком молодой и неопытной для принятия самостоятельных решений.

— Итак. Ты все-таки хочешь перевестись на творческое направление. А дальше? В какой город поедешь?

— Это уже не от меня зависит.

Новость, что я хочу снова поговорить с Андреем, но на этот раз о другом, сильно расстроила маму. Я понимала ее. Москва – почти другая Вселенная. Они запугивали меня ей с самого детства, боясь что я решу уехать туда, как многие соседские дети.