Книга Котёнок Котаева, страница 89 – Тиаверра

Охуительно.

Я хочу расстегнуть свои брюки, развернуть её к стене и войти сзади так глубоко, чтобы она забыла и про смену, и про мои правила, и про весь ебучий коридор за дверью.

Не делаю.

Она попросила поцелуй. Потом сама развязала шнурок и пустила мою руку под одежду. Трахнуть её она не просила, а я не стану устраивать полноценный секс на больничной лестнице только потому, что у обоих снесло крышу.

Но от своих пальцев котёнка всё равно доведу до конца.

Сильнее прижимаю пальцы внутри, меняю угол, и Гера перестаёт держать колени. Полностью повисает на мне, пряча лицо в шее. Я удерживаю её у стены бедром и ладонью на ягодице, не позволяя сползти.

— Коста… я сейчас…

— Знаю. Кончай. Я тебя держу.

Её накрывает сразу.

Тело напрягается, внутри она сжимается вокруг моих пальцев, плечи мелко дрожат. Гера кусает собственную губу, чтобы не закричать, и всё равно выдыхает моё имя мне в шею.

Я продолжаю двигать рукой медленнее, пока последние волны не отпускают её. Потом останавливаюсь.

Не убираю пальцы сразу.

Держу Геру, слушаю, как она пытается вспомнить дыхание, и думаю только об одном: я нихуя не решил.

Не стал её мужчиной от одного семейного обеда.

Не перестал быть собой после одной ночи.

Не получил права распоряжаться её временем, даже если теперь знаю, как она звучит, когда кончает от моих рук на этой ебучей лестнице.

Но уходить злым уже не хочется.

Хочется унести её отсюда, запереть дома и продолжить без формы, стен и остатка здравого смысла.

Убираю руку. Поправляю бельё и брюки, затягиваю шнурок. Гера всё ещё держится за мои плечи.

— Ноги работают?

Она осторожно переносит вес с одной на другую.

— Наверное.

— Это не медицинский ответ.

— Я сейчас не как врач.

— Слава богу.

Снимаю халат с перил и помогаю ей надеть. Сначала один рукав, потом второй. Волосы выбились из хвоста, губы припухли, лицо такое, что в отделение её выпускать нельзя ещё минут пять.

Провожу большим пальцем по нижней губе.

— Смена остаётся?

Гера смотрит виновато.

Но кивает.

— Да.

— Блядь.

— Я предупреждала.

— Ты только что кончила от моих рук, а через минуту уже снова объясняешь мне, где я неправ.

— Это не связано.

— Я начинаю понимать.

Она собирается объяснить подробнее, но я целую её ещё раз. Коротко. Уже без злости.

— Это ничего не решило, — шепчет Гера.

— Решило. Я больше не хочу уйти.

— А остальное?

— Остальное как было. Ты остаёшься на дежурство. Я всё ещё считаю это хуёвой идеей. Ты всё ещё считаешь, что я охуел.

— Я не говорила этого.

— У тебя было такое лицо.

Она прячет улыбку и поправляет халат.

Наверху хлопает дверь.

Мы успеваем отойти друг от друга до того, как на лестнице появляются шаги. Гера берётся за перила и поднимается первой. На третьей ступени оборачивается.

— Ты придёшь домой?

Вопрос осторожный. Не «когда». Не «будешь ждать». Она всё ещё не считает, что может требовать.

— Я там живу, котёнок.

— Я имела в виду… ты будешь дома, когда я вернусь? Завтра. После смены.

— Встречу. И привезу тебе завтрак.

Она кивает и уходит наверх.

Я остаюсь на площадке ещё на минуту.

Член стоит так, будто переговоры закончились полной победой, хотя лично я получил только мокрую руку и новую проблему.

Гера не отдала смену.

Не уступила.

И всё равно остановила меня одним «не уходи».

Котёнок, блядь, действительно отрастил когти. Просто царапает ими пока не меня.