Книга Жадность Дюпонов. Как крупнейшая химическая корпорация отравила мир, страница 80 – Роберт Шрёдер

Первая часть дела должна была быть посвящена получению доказательств, которые другая сторона будет изо всех сил пытаться удержать вне нашей досягаемости. Я проводил бесчисленные часы, составляя списки вопросов, известные как письменные показания под присягой, и запросы документов для официального вручения DuPont, чтобы запустить процесс раскрытия информации. Эти вопросы были похожи на мелкоячеистую сеть, предназначенную для вылова всей информации — полезной для нашего дела, уличающей для DuPont, — в море корпоративной секретности. Если вопросы были плохо продуманы или плохо сформулированы, отверстия в сети становились большими, позволяя ключевым частям улова ускользнуть. Я даже написал письмо в 3M, уведомляя их о судебном процессе и предупреждая не уничтожать никаких существующих данных о ПФОК. Я изучил корпоративную структуру DuPont, чтобы определить, кто были ключевыми игроками в саге о загрязнении, и разослал запросы на дачу показаний.

Это было похоже на первые дни после объявления войны, когда обе стороны лихорадочно готовят свои войска и накапливают боеприпасы. А затем, когда летят первые пули, начинается настоящий ад.

Как только наша жалоба была зарегистрирована в судебном реестре, адвокаты DuPont, как мы и подозревали, потребовали изменения места рассмотрения дела на округ Вуд, владения DuPont. В конце концов, именно там находился завод, выбрасывающий ПФОК. Я возразил, что DuPont ведет деятельность по всему штату, включая округ Канава, где мы подали иск. Но мы также подали в суд на Округ коммунального обслуживания Любека, потому что он вступил в сговор с DuPont в письме, разосланном своим клиентам, где утверждалось, что их питьевая вода совершенно безопасна. Любек находился в округе Вуд и только в округе Вуд. Адвокаты Округа коммунального обслуживания утверждали, что, если мы не хотим исключить их из иска, дело должно быть передано в округ Вуд. Я никогда особо не рассчитывал выиграть эту битву, но решил, что попробовать стоит. Ходатайство об изменении места рассмотрения было удовлетворено; первая стычка осталась за DuPont.

Это и множество других ходатайств посыпались в мою сторону, стремясь держать судебное разбирательство в подвешенном состоянии, пока DuPont готовилась применить тактику, которой я ожидал: попытаться задушить любое судебное действие в зародыше. Они тянули время, и я точно знал, что происходит: они собирались использовать свое новое и еще не подписанное примирительное соглашение с регуляторами как причину для прекращения иска. Но я переиграл их. Да, они могли утверждать, что примирительное соглашение должно блокировать любой иск граждан, который я мог бы подать в федеральный суд, но, согласно моему прочтению закона, такое примирительное соглашение не помешало бы нам преследовать деликт по общему праву штата. Наш новый иск о медицинском мониторинге, о котором DuPont, вероятно, не думала с точки зрения использования в коллективном иске, должен был быть подан в суд штата.

После нашей подачи DuPont, должно быть, поняла, что у них проблемы, но к тому времени было уже поздно. К тому времени, когда я подал коллективный иск, примирительное соглашение дорабатывалось. Публично объявленное всего несколько месяцев спустя, новое примирительное оглашение между DuPont и штатом должно было следовать сценарию Команды по скоту и создать две новые группы ученых, включая ученых из DuPont: (1) Команда по оценке токсичности C8, которая должна была разработать новый, одобренный правительством оценочный уровень для ПФОК в питьевой воде; и (2) Руководящая группа по расследованию загрязнения грунтовых вод, которая должна была курировать масштабную новую программу отбора проб на ПФОК в источниках питьевой воды вверх и вниз по реке Огайо. Итак, как я и надеялся, спешка DuPont, пытавшейся сорвать мои предполагаемые иски граждан, означала, что они больше не будут иметь монополию на данные о воде. Регуляторы теперь будут тесно вовлечены и будут проверять данные DuPont.