Книга Мертвая вода, страница 30 – Оливье Норек

Плечи Ноэми опустились так скорбно, как у ребенка, которого лишили праздника.

— Нет, вы правы, — сдалась она. — Поступим, как вы предлагаете. Распределяйте силы.

Таким образом, Милк и Буске получили кинозал, медиатеку и озеро, а Ноэми и Валанту предстояло бурить Вольфову горку.

— Вы поведете? — предложил он.

— Нет, мне не хочется.

Только усевшись за руль, Ромен осознал, что именно на пассажирском месте она оказывается к нему тем единственным профилем, который ей не отвратителен.

Через двадцать долгих минут, без сирены и мигалки, они прибыли к месту назначения, пропуская поворачивающих справа водителей, останавливаясь под красным светофором и соблюдая ограничение скорости. Настоящая мука для капитана Шастен. Они припарковались возле водоема, прямо у подножия горы. Валант достал бинокль, внимательно осмотрел вершину и включил рацию.

— Все в порядке. Я ее вижу, — сообщил он другому экипажу.

— На самом верху? — спросил Милк.

— Ага. На самом верху.

— В таком случае удачного восхождения.

Вольфова горка не отличалась особой высотой, да никто и горой-то ее назвать не мог, однако склоны она имела опасно крутые. Жесткая трава землистого оттенка и поросшие темно-зеленым папоротником-ужовником уступы; враждебный для растительности камень, острый и вылезающий отовсюду мерзким минеральным прыщом по всей высоте каких-то четырехсот девяноста метров над уровнем моря. Опасная и негостеприимная природа, создавшая этот нервный и неровный рельеф, мгновенно пленила Ноэми. А над всем этим — белый призрачный силуэт, который, казалось, танцевал на вершине.

— Вот черт, она в отличной форме! — удивилась Шастен, которая на полпути уже задыхалась.

— Сольнье? Да она неутомимая!

— А кто-нибудь знает, что ее туда привлекает?

— По правде сказать, я даже не больно-то уверен, что старуха на самом деле понимает, где она находится и уж тем более что она там делает.

Когда полицейские добрались до нее, пожилая дама направилась навстречу Валанту и прошла опасно близко к краю пропасти, образовавшейся между двумя некогда составлявшими единое целое скалами, на несколько метров вросшими в землю.

— Малыш Ромен! — приветствовала она лейтенанта. — Печальный мальчик. И зачем же ты пришел сюда?

Валант поспешил подойти к ней, чтобы взять за руку и не допустить случайного падения, опасности которого она даже не осознавала. Благодаря старческому слабоумию мадам Сольнье сильно выигрывала в уверенности, подобно детям, полагая себя бессмертной.

— Я тут бродил с подругой, — продолжал Валант, — и, увидев вас, подумал, как хорошо было бы воспользоваться нашей встречей, чтобы вместе вернуться домой. Мы на машине.

— А вы в ночной рубашке, — добавила Ноэми.

Старушка взглянула на облегающую ее тщедушное тело тонкую ткань в цветочек, будто увидела ее впервые.

— Давайте, — только и соблаговолила бросить в ответ Сольнье.

Пестрая компания, состоящая из флика, фрика и буки, приступила к спуску с Вольфовой горки, оставив позади себя расщелину, возле которой заблудилась Сольнье. На дне этой пропасти, под зарослями колючего дрока — единственного растения, что выжило на пятнистой скале, стоял небольшой полусгнивший деревянный крест, скрываемый как тяжкая тайна.

Ромен Валант выщелкнул заряженную обойму и убрал оружие в сейф, находящийся у него в шкафу. Имея в доме дочурку-исследовательницу, он ни в коем случае не хотел рисковать. Он никак не мог забыть леденящее душу происшествие, случившееся недавно совсем неподалеку. Рождество. Семья. Мальчонка. Ружье. У него перед глазами так и стояла картина: в гостиной наряженная елка, иллюминация, соперничающая с мигалками пожарных, пытающихся реанимировать ребенка. Впустую… А назавтра останутся все эти красиво упакованные подарки, которые никто никогда не развернет.