Книга Код 93. Районы, страница 48 – Оливье Норек

Закинув на плечо сумку, он уже собирался сесть в машину, когда его окликнул мужской голос.

— Лейтенант Обен?

Вопрос, не требовавший ответа. Он и не стал отвечать и недоверчиво посмотрел на того, кто к нему обратился.

— Здравствуйте, я Марк Фарель, уделите мне несколько минут, пожалуйста.

Три разновидности людей включают в голове у полицейских тревожную сирену: адвокаты, правонарушители и журналисты. В порядке возрастания раздражения. Этот определенно принадлежал к третьей категории.

Тесный коричневый костюмчик, темные волосы взлохмачены, под мышкой шлем для скутера; лейтенант Обен наивно решил, что сможет запросто от него отмахнуться.

— Нет времени, извините, оставьте свои координаты в приемной, сегодня ближе к вечеру я с вами свяжусь.

Тут Матиас сообразил, что Фарель назвал его фамилию и звание и поджидал его снаружи вместо того, чтобы просто-напросто явиться в канцелярию. Может, все-таки стоит найти минутку и выслушать его. Закинув сумку в салон машины, Обен повернулся к журналисту:

— Ладно, у вас пять минут.

* * *

Двое мужчин сели друг против друга за стол в задней комнате одного из немногих городских кафе. Журналист повел себя фамильярно:

— Видок у вас не из лучших, лейтенант.

— Работа у меня не курорт.

У Марка Фареля уже давно вошло в привычку быстро завладевать вниманием собеседника. Будучи репортером-криминалистом, он выбрал специализацию, в которой – странное дело – все, к кому он пытался приблизиться, старались от него сбежать. На выбор: судейские, полиция, преступники. Он атаковал в лоб:

— Возможно, угрызения совести. Они утомляют.

Подобная техника выуживания информации – как на допросе – была еще и приманкой. Выдвинуть максимально расплывчатое обвинение и ждать реакции. Ожидание оказалось недолгим.

— Послушайте… Фарель, так? Либо вы выкладываете, что вам надо, либо я сваливаю, только не играйте со мной в полицейского.

Флик был резок, да и его внешность не обещала ничего хорошего. Немного растерявшись, журналист вынул записную книжку и перелистал ее в поисках нужной страницы.

— Постараюсь побыстрее. Две недели назад ко мне явился частный детектив. Месье Симон. Я так и не знаю, имя это или фамилия. Наши дороги уже неоднократно пересекались, я обозреватель со стажем, и он работает, сколько я его помню. Частные детективы, журналисты, флики – тесный мирок, где все знают всех главных действующих лиц, потому что мы делаем практически одну и ту же работу. Расследуем, пытаемся понять. С той разницей, что вы это делаете за куда меньшие деньги.

Не дождавшись реакции собеседника, Фарель перестал улыбаться и продолжил:

— Итак. Симон из тех, кто работает по старинке, на личных контактах. У него было несколько конкретных вопросов, и он, естественно, пришел ко мне. Знаю, репутация бежит впереди меня, я жук-навозник.

— Забавно, я бы употребил то же самое выражение.

— Спасибо, тронут. Месье Симона наняли, чтобы найти некую девушку. Без устали, с фотографией в руке, он проследил все ее возможные маршруты, прощупал все возможные места встреч или остановок и наконец напал на след в одном сквоте. За несколько купюр одна из бродяжек, часто посещающих это здание, рассказала ему, что бедолага, очень похожая на девчонку с фотографии, умерла от передозировки. Она также рассказала ему, что в тот день приехали полицейские, которые выгнали всех оттуда. Ей было так легко об этом вспомнить еще и потому, что после тех событий старое здание оказалось полностью замуровано вместе с тележкой, в которой находилась вся ее жизнь. Итак, частный детектив подумал, что нашел свою заблудшую овечку, пусть его и опередил волк, и поставил в известность ее семью. Ну как, помните это дело? Должны помнить. Ведь это вы почти десять месяцев назад организовали опознание тела.