Книга Серое братство, страница 320 – Валерий Гуминский

Почему-то никто не предполагает иной ход событий. Чем может закончиться встреча королевы Лации из рода Одемиров с последним из рода Вадигоров? Даже я не предскажу дальнейших событий. А уверенность, что я увижу Лацию живой, крепла. Не знаю, на чем была основана такая уверенность: то ли предчувствие, то ли умение заглядывать в своих снах в будущее — нет, не скажу. А в груди разрастался горячий ком, нестерпимо жег и выпирал наружу. И мне хотелось вонзить шпоры своему коню и мчаться, не разбирая дороги, чтобы жаркий ветер бил в лицо, чтобы не думать, что между мной и королевой незримо присутствовала Корона Мира, будь она трижды проклята…..

Копыта лошадей, обернутые тряпками, неслышно ступали по жесткому ковру степных трав, побитых солнцем. Ни одна уздечка не звякала, ни один голос или редкий кашель не сорвался с губ. Восемьдесят человек один за другим исчезали в ночи. Я внимательно провожал каждого, кто молчаливой тенью проезжал мимо меня; с ними мне придется или лечь в далеких и чужих землях, или победить. Вот Скотур, весело улыбаясь, махнул рукой. Шамир серьезно хмуря брови, степенно кивнул мне, дескать, я все понимаю, и не подведу тебя. Он сам вызвался в поход, горя желанием помахать своим ненасытным клинком. А вот и Корим. Парень светился от предстоящего приключения, не осознавая того ужаса, который ждет нас в походе. Но нам нужен был проводник, а к Марабаду у меня не лежала душа. Какой-то скользкий, ненадежный, он мог завести отряд прямо в лапы степняков — вот отчего холодная змея подозрения все время шевелилась под сердцем.

Я пропустил вперед всех, и уже собрался пристроиться следом, как из темноты возник Мастер. Он молча глядел поверх моей головы, а я не торопился прерывать тишину.

— Когда встретишь свою девчонку — уходи к нашим. Пересидите некоторое время в надежном схроне, а там видно будет. Может, вернетесь….

— Грядет война, страшная и беспощадная, — я сплюнул на землю, ощутив горечь во рту (то ли от полыни, то ли от степного сухотравья), — и отсидеться не удастся.

— Ну, тебя я знаю, — невесело усмехнулся Мастер. — Ты действительно не отсидишься. Каждая драка будет твоя. Что, проклинаешь нас и Братство, что завяз в капкане?

— Я вас ненавижу, — взглянул я в глаза Мастера. — Вы навязали мне свои жизненные принципы, ткнули носом в ту тропу, по которой я не хотел идти. Первое время я мечтал уничтожить всю вашу братию, но позже осмыслил происходящее и поблагодарил, что встряхнули меня и вытащили из обывательского болота. Может быть, когда-нибудь, в старости я сяду у огня и хорошо подумаю о том, что мог бы сделать без вас, и кем стал с вами.

— Не забывай о том, благодаря кому ты овладеешь властью над Ваграмом. И какой приз ты возьмешь.

— Ну, уж тебя-то я благодарить не буду. Бабка надвое сказала, — я взялся за узды. — Да и нужно ли это Братству?

— Нам ничего не нужно. У нас никогда ничего не было — и в то же время мы баснословно богаты. Но ведь никогда не помешает иметь своего короля в каком-нибудь государстве, чтобы в старости было где прислониться к домашнему очагу.

— И не надейтесь! Первым делом я выпну из дворца посланца Ордена, — я тронул коня, и Мастер уже в спину крикнул полушепотом:

— Тогда мы придем попозже, к твоим детям! Ты навечно в наших рядах, и детей своих воспитаешь так, как посчитаешь нужным. Ты всегда будешь с нами, Философ! Удачи тебе, брат! Передай Егерю, что я сожалею о своих глупых поступках. Я постараюсь исправить все, чтобы вы победили в будущей игре за Корону! Прощай!