Книга Серое братство, страница 122 – Валерий Гуминский

Свалка постепенно перемещалась к главному зачинщику всей неприятной истории. Он прекрасно понял мои намерения и рывком выдернул меч из ножен.

— Шутишь, господин хороший? — я очутился возле него, махнул мечом. Сталь зазвенела на полпути к его голове. Бандит ставил защиту умело, не суетясь и не отступая. Мне не удалось с налета сбить его с позиции, так что вскоре я сам стал пятиться, больше всего на свете боясь запнуться о какую-нибудь некстати возникшую корягу.

— Тебе повезло, щенок, — прохрипел сквозь повязку соперник, и неожиданно для меня нырнул в кусты.

На поляну, бешено вращая мечами, влетели три десятка гвардейцев и дворян с Балтом во главе. Последовали короткие команды — всадники раскинулись крыльями, насколько позволяло место, и вломились в кусты, куда успели сигануть другие участники паршивого спектакля.

— Взять живьем двух-трех! — рявкнул Балт и спрыгнул с коня. Запинаясь о тела убитых, он бросился к королеве, успевшей привести себя в относительный порядок. Только лицо было бледным на фоне жирных полосок грязи.

— Всеединый! Вы в порядке, моя королева?!

— Кажется, да, — голос Лации дрожал. — Поймали кого-нибудь? Допросить с пристрастием. Я хочу знать, кто стоит за покушением.

— Не беспокойтесь, энни королева, — к нам пробился Тронг. — Я даже с мертвых выжму сведения.

Уже двое пойманных, которых подвели к королеве, вздрогнули от тона Хранителя. Чует мое сердце — имя Тронга хорошо известно среди этой загадочной шайки.

— Вадигор! — Барон схватил меня за руку. — Благодаря вам мы избежали страшной участи!

— Пустяки, энн барон, — я обтер меч пучком травы, воткнул в землю и навалился на рукоять. — Надо же как-то отрабатывать все земные блага, которыми меня здесь одарили. Да и руки соскучились по настоящему делу.

Я рисовался, мысленно ругая себя за мальчишество. Наше положение было абсолютно проигрышным. Но кто же знал, что бандиты поведут себя самым банальным образом: собьются в кучу, мешая друг другу, запаникуют и потерпят поражение.

— Ты в порядке? — Лация преодолела плотное кольцо встревоженных дворян и приблизилась ко мне.

— В полном, — что было сущей правдой.

— Я потрясена, — взгляд королевы таил в себе что-то новое, особенное, даже загадочное и завораживающее. — Ты — редкий боец, Вадигор. И свое искусство ты хранил в тайне?

— Тогда бы от меня постарались избавиться еще быстрее, — прямо в лоб брякнул я.

— Я начинаю тебя бояться, — призналась Лация.

— Тебе нечего бояться. Мое умение не пойдет тебе во вред. Скорее мне придется покинуть твой гостеприимный дом.

— Тогда ты огорчишь меня, — снизив голос, сказала она.

Рядом всхрапнула лошадь. Министр Балт решил прервать наш разговор весьма неделикатным способом. Я понимал его. Нужно как можно быстрее увозить королеву во дворец и начинать расследование.

— Энни королева! Пора! Эй, кто-нибудь! Подать королеве лошадь!

И глядя на меня сверху вниз, покачал головой, и без излишней насмешки сказал:

— Вадигор! Я тут наслышан о вашем блистательном выступлении! Жаль, не присутствовал!

— Энн барон, видимо, извиняется? — королева уже сидела в седле, сжимая поводья. Грязь на ее лице стерли, но остались хорошо видимые разводы. Костюм тоже пришел в негодность. Сучья разорвали ткань на спине и рукавах. И, тем не менее, она была прекрасна даже в таком невыгодном положении для венценосца.