Книга Симбионт 3, страница 97 – Валерий Гуминский

— То-то! — девушка нравоучительно подняла палец и обернулась. — Для меня самое главное — чтобы выздоровел Гриша. И я больше всего волнуюсь за него, а не за какого-то там сына торговца-миллионера. Как сущность повлияет на характер братика? Вдруг у него появится агрессия, злость? Мне не по себе.

— За ним тоже будут приглядывать. Не переживай раньше времени, Наташка — в голосе Дмитрия звучала излишняя бравада, которая была воспринята сестрой, как попытка прикрыть беспокойство. Интересно, а отец о таком развитии ситуации думал? — И всё же я хочу, чтобы ты не вздумала увлекаться этим парнем. Клянусь, если он начнёт чересчур проявлять знаки внимания, я переломаю ему кости.

— Ну хватит! — поморщилась Наташа. — Ты с Костей всех моих кавалеров запугал. Дошло до того, что при встрече со мной они начинают вертеть головой, не находитесь ли вы где-то рядом.

Дмитрий рассмеялся и прижал к себе сестру чувствуя в груди нежность к этому чуду. И ведь никогда не врал, что готов убить каждого, кто обидит Наташу. Можно технично подвести обидчика под дуэль, на которой уже с полным правом его уничтожить. Справедливости ради, братья никогда не пытались по-настоящему пугать юнцов, увивающихся за Наташей. Сама разберётся со своими чувствами. А чтобы серьёзно нанести девушке урон чести — самоубийц не было. По молодости, когда ни Дмитрий, ни Костя не были женаты, то частенько отстаивали честь своих дам удалыми дуэлями. Всякое бывало…

— И не забывай, Дима… Дружинин — не аристократ, но и не простолюдин из какой-нибудь слободки. Он тоже владеет магией, и может вызывать на дуэль…

— После разрешения Дуэльной Комиссии, — тут же напомнил Дмитрий. — Это обязательно из-за статуса. Вот, кстати, что хотел сказать…. Дружинин по протекции нашего отца переведён в МИУ, будет там учиться. При случае поговори с ним и предупреди, чтобы вёл себя осмотрительно. В университете дерзких ребят хватает. Они его живо спровоцируют на дуэль. А без стационарного Ока у Мишки нет никаких шансов. По слухам, он слабый боец, плохо владеет саблями.

— Уже узнал? — усмехнулась Наташа и вернулась к своей сумке, присела на кровать. — Дима, мне Дружинин безразличен. Но хотя бы с ним можно пообщаться. Не смотрит с подобострастием, не мямля, не смущается, умеет комплименты говорить.

— И снеговиков лепить, — с кривой усмешкой заметил брат.

— Да ладно, признайся, что завидуешь, — девушка рассмеялась. — Ты даже в снежки не любил играть. Сколько помню, всегда отговорку находил. Весь такой деловой, со своей любимой фразой… как там?

— Не княжеское это дело — снежками кидаться, — улыбнулся Дмитрий.

— Вот-вот… Ладно, когда выезжаем?

— После обеда. Отец рвётся в Москву, срочные дела появились.

— Не может без него император, что ли? — проворчала Наташа.

— Государственный чиновник, ничего не поделаешь, — развёл руками брат. — А ты себя нормально чувствуешь после ритуала?

Княжна в очередной раз прислушалась к своим ощущениям, пожала плечами. Вначале был какой-то дискомфорт, боязнь, что чародеи неправильно провели ритуал, отец неправильно произнёс клятву. Но время шло, а Наташа не падала бездыханной. Может, не всё так и страшно? И Гриша, наконец, выздоровеет?

— Всё в порядке, — кивнула девушка. — Не беспокойся.

— Смотри, если почувствуешь неладное — сразу говори, — Дмитрий кивнул и вышел из комнаты сестры, которая не видела, какое облегчение было написано на лице старшего брата.