Книга Симбионт 3, страница 24 – Валерий Гуминский

— Поверьте, господин Дружинин, мой хозяин сумеет заинтересовать Михаила в перспективах такого перевода.

— Когда нужно дать ответ на эту бумагу?

— Максимум — три дня, — ответил я.

— Хорошо, отложим на время столь неожиданную проблему. Господин Галкин, если вопрос с нейтральной территорией решён, давайте пробежимся по главным моментам, — отец выглядел спокойным, как будто всё давно просчитал. — Нейтральной территорией выбрано поместье князей Буйносовых. Там мы проводим ритуал обмена заложниками. Со стороны Шуйских выступают канцлер и княжна Наталья. С нашей стороны я и Михаил. Девушка становится нашим аманатом, а Мишка, соответственно, Шуйских. Мы даём слово, что не причиним вреда княжне, а канцлер даёт гарантию безопасности моему сыну. После этого мы едем в Москву и проводим ритуал извлечения сущности без летального исхода для носителя, то бишь моего сына. Клятва на артефакте действует до полного выполнения обязательств.

— Всё верно, — кивнул Басаврюк. — Чтобы договор не считался голословным, юристы обоих Родов составят его письменный вариант. Князь Буйносов выступит посредником.

— Кто будет проводить ритуал?

— С нашей стороны Карп Лиходеев. Господин Кузнич — с вашей. Они выработают единую стратегию ритуала и проконтролируют процесс. Оба чародея имеют высочайшую квалификацию, что вселяет надежду на удачное завершение дела.

— Вот теперь я могу сказать, что подготовка к ритуалу продумана до мелочей, — отец расслабился. — Но есть ещё один момент…

— Какой, Александр Егорович?

— Я всё равно не доверяю до конца вашему хозяину. Поэтому передайте Александру Александровичу, что в ближайшее время столичные газеты опубликуют статьи, что магнат Дружинин едет в Москву для подписания договора о некоем совместном проекте.

Басаврюк задумался, сцепив пальцы в замок. Его ум пытался понять, зачем мой отец сказал об этом. Потом улыбнулся.

— Хитро. Желаете создать информационный шум, чтобы оградить себя от неожиданностей? Смею заверить: князь Шуйский не станет рисковать своей репутацией. К тому же не забывайте, князь Буйносов выступит гарантом договора.

— Бережёного бог бережёт, — усмехнулся отец.

— В таком случае разрешите откланяться, — Басаврюк поднялся с кресла, подошёл к вешалке. Не торопясь, надел пальто, шляпу. — Кстати, насчёт перевода, Михаил. Советую согласиться. У меня есть уверенность, что вы надолго останетесь в Москве. Всего доброго, господа!

— До свидания, господин Галкин, — откликнулся я, а отец только кивнул.

После ухода секретаря канцлера в номере повисла тишина. Глава рода Дружининых ещё раз прочитал приглашение, положил его на стол, даже расправил широкой ладонью.

— Собирай документы, Миша, — сказал он своё окончательное слово. — Мне нужен свой человек в столице. Из семьи, одной крови со мной. Если ты сумеешь обратить канцлера в своего ситуативного союзника, мы получим отсрочку от надвигающейся войны за передел влияния.

— Разве не Шуйский пожирает Роды, владеющие Оком? — напомнил я.

— Это другая история, — качнул головой отец. — За спиной князя стоят влиятельные люди, желающие не экономического развития империи, а перераспределения ресурсов и захвата земель, которыми владеем мы. Уральцы сильны, и просто так не дадут схарчить себя. Время ещё есть, и ты должен им воспользоваться.