Книга Симбионт 3, страница 122 – Валерий Гуминский

— Идёмте, — Шуйский первым зашагал к кубу. Уже в помещении пояснил: — Григория пока готовят к ритуалу, мы спустимся в Алтарный зал. Михаил, ты готов?

— Надеюсь, догола раздеваться не придётся? — поинтересовался я, пусть даже Кузнич накануне кратко объяснил, что нас ожидает.

— Нет, — Карп расстегнул пальто и уставился в тёмно-матовую поверхность лифтовой створки. — Вы же не рекуперацию проходить будете. Но кровь для ритуала — необходимый элемент. Не волнуйтесь, юноша. Всё предусмотрено. Осечек не должно быть.

«Когда так говорят, обязательно что-то и происходит, — хмыкнул Субботин внутри меня. — Ты ножичек-то, тёзка, держи при себе. На всякий поганый случай».

Звякнул сигнал поднявшегося лифта. Дверцы разошлись по сторонам, словно приглашая нас войти внутрь. Кабина оказалась достаточно просторной, чтобы в неё можно было закатить медицинскую тележку. Но сейчас вместе с нами по договорённости находились по пять телохранителей с каждой стороны. Ильхан с остальными ребятами остался наверху, выделив наиболее крепких для сопровождения. Шуйского охраняли «моды». Таких сразу просчитываешь по зеленоватым всполохам в зрачках.

Счётчик этажей застыл на цифре «-3». Дверцы с тихим шелестом распахнулись, и мы вступили в коридор, уходящий на два десятка метров от лифтовой шахты. Яркое освещение, бетонные стены, несколько охранников, стоящих вдоль стен до бронированной двери в самом конце коридора — ничего необычного, как и у многих богатых Семей, владеющих Алтарём с Источником или Оком Ра.

Дверь открывалась с помощью электронного ключа, оказавшегося у канцлера. Это была обычная пластиковая карта с чипом. Князь небрежно достал её из кармана пальто и поднёс к небольшому экранчику. Раздался писк, экранчик позеленел, промелькнула надпись «высший допуск» — и дверь отошла в сторону, прячась в проёме стены. Первым, как положено, вошёл Шуйский, следом за ним Карп Лиходеев, а потому уже и мы. Вся охрана осталась снаружи. Дверь с мягким щелчком отрезала нас от внешнего мира.

Мы, в отличие от канцлера и его чародея, никуда не пошли, первым делом начав осматриваться. Мало ли, вдруг Источник отреагирует на чужаков какой-нибудь магической ударной волной? Но нет, Алтарь — среднего размера чаша из чёрного гранита — вёл себя спокойно, с леностью выплёскивая из себя протуберанцы алого цвета. На поверхности чаши змеились золотые прожилки магической энергии. А я ведь до сих пор не удосужился узнать, какой магией владеют Шуйские. Она ведь не обязательно могла быть «Стихийной». Достаточно и других направлений: магия крови, рун, иллюзий, астрала, техномантия, изменения времени, некромантия, в конце концов. Древняя аристократия, помимо Стихий, могла владеть и иным набором магических искусств. Теперь вижу. Шуйские — «огневики». Ещё один плюс к ритуалу. Тождественные Стихии приносят меньше сюрпризов.

Зал встретил нас тишиной, глубокой, плотной, как вода на глубине. Стены были обложены обтёсанными и отшлифованными плитами из того же чёрного гранита, а вот пол — более светлым камнем, но тоже гладким. В нём отражался свет, источавшийся из плоских светильников под потолком.

Я обратил внимание на огромный пентакль, нарисованный белой краской (не мелом!), с непонятными непосвящённому знаками, рунами, треугольниками, геометрическими линиями, что пересекались между собой в какой-то последовательности. Карп вместе с Кузничем тихо обсуждали последние детали, а Шуйский, засунув руки в карманы пальто, застыл в неподвижности, погрузившись в собственные мысли.