Книга Симбионт, страница 80 – Валерий Гуминский

— Наличие скачка магического фона не обнаружено, — снова разочаровал его эксперт. — Вы же знаете, господин полковник, что проверка использования Дара в корыстных целях обязательна при всех подобных процедурах. Конструкт «невидимки» требует очень высокой концентрации магического Дара.

— Я ничего не понимаю. Экспертиза ставит нас в серьёзный тупик. Где нам искать того, кого даже два свидетеля не видели?

— Может, Дружинин как раз и видел, но промолчал? — осторожно высказался Лисовяк.

— Ты при директоре департамента не брякни подобное, — мрачно буркнул Мирской. — Какой резон мальчишке молчать? Ладно, будем считать, что Маслакова по кличке Крот и Лукьянова по кличке Барух замочил Тарханов. Будем объявлять его в розыск. Спасибо, лейтенант. Можешь идти.

Эксперт аккуратно затворил за собой дверь, а раздражённый новыми обстоятельствами в деле об убийстве в ресторане «Европа» полковник Мирской откинулся на спинку кресла. Закрыв глаза, попытался восстановить картину произошедшего на основании всевозможных выводов и слов свидетелей. Логику нарушал сошедший с ума Тарханов, какого-то чёрта решивший угробить своих дружков. Что-то не поделил с ними раньше, воспользовался моментом, сделал два трупа и спокойно удалился, не просто оставив пистолет на месте убийства, а разобрав его мелкие детали? Ну бред же! Самый настоящий бред!

Тогда искать его под крылышком графа Татищева бесполезно. Он уже или мёртв, или исчез из города. Но всё равно придётся побеседовать с хозяином. А так неохота, совершенно не тянет находиться в его присутствии даже пять минут. Татищев, как вампир, сосёт энергию и пугает каждого, кто с ним общается.

— Ладно, будем искать Вагиза и предъявлять ему обвинение, — пробормотал вслух Мирской. — Иного не остаётся. А с Михаилом надо бы ещё поговорить. Вдруг, всё-таки, был там ещё один человек?

Здравствуй, Уральск!

До Уральска мы домчались за два часа. Трасса хорошая, трафик хоть и насыщенный, но никто не тащился по гладкому асфальту, поэтому Арсен, сидевший за рулём, гнал микроавтобус, не останавливаясь на личные нужды. Все сходили в туалет перед выездом, детей и больных среди нас не было. Пока ехали, с интересом рассматривали казачьи станицы, рассыпавшиеся вдоль трассы. Добротные дома, огороженные кирпичными заборами, крыши под цветным профнастилом, густая и сочная зелень палисадников делали поселения нарядными и какими-то лубочными, как на фотографиях глянцевых журналов; пожелтевшая от жаркого солнца трава на выгонах, пасущиеся стада коров — настоящая пастораль, успокоение для души. Даже не верится, что недавно я находился в шаге от гибели. Второй раз, причём!

Арсен знал город, как свои пять пальцев, поэтому долго не петлял по улицам и сразу же выехал на Большую Михайловскую, по которой шустро довёз нас до университета, стоявшего неподалеку от набережной. Трёхэтажный старый корпус из тёмно-красного кирпича с лепниной по фронтону и высокими узкими окнами выглядел наряднее, чем новый пятиэтажный пристрой, выстроенный буквой «г», куда входили учебные корпуса и общежитие для студентов. Огромная территория была огорожена кованым забором, вдоль него росли ухоженные кустарники, высокие ворота сейчас были распахнуты, в них то и дело заезжали роскошные автомобили, обратно двигался поток чуть поменьше. Охрана спокойно их пропускала, но обладателей менее статусных машин направляла на стоянку, находившуюся в сотне метров от университета. Поступающие жиденькой струйкой втекали в ворота и по выложенной брусчаткой широкой дорожке шли к центральному входу старого корпуса с монументальными мраморными колоннами парадной лестницы.