Книга Симбионт, страница 79 – Валерий Гуминский

— Ну, тут как бы понятно, — шевеля губами, пробурчал старший следователь. — Мозги у нас расплескал Лукьянов Борис, кличка Барух. На службе у Татищева шесть лет, выполнял особо грязные поручения, проще говоря — убийца он наёмный. Эх, схватить бы за жопу этого графа и вывернуть наизнанку! Сколько за ним грехов числится и скелетов в шкафу прячется? Интересно получается, что не поделила эта троица, из-за чего Вагиз Тарханов, третий бандюк, поубивал своих подельников? Молодец, конечно, выполнил грязную работу за правоохранителей. Ему бы награду давать без всяких экивоков, но ведь граф не отдаст своего человека, а сам его грохнет и закопает где-нибудь в степи.

Покрутив шеей до хруста позвонков, Мирской поморщился. С отложениями солей нужно бороться с помощью физической активности, а он слишком много времени отдаёт сидячей работе. Сходить сегодня в тренажёрный зал, что ли?

Старший следователь просматривал материалы по Вагизу Тарханову и всё больше начал сомневаться в возможности арестовать его. Скорее всего, этого человека уже и в живых нет. Всё-таки интересно, как Михаил Дружинин вписывается в картину произошедшего? Не может такого быть, чтобы он не видел ничего странного, не застал ссору между наёмниками, а спокойно вышел из туалета. Опыт и интуиция подсказывали Игорю Мирскому: мальчишка является ключом к разгадке. Он нисколько не удивится, если эксперт принесёт результаты проверки аурных отпечатков (а они привязаны к душе, так что преступнику не отвертеться), взятых с пистолета, а там следочки Дружинина. А? И что делать? Арестовывать или грамоту с благодарственной подписью губернатора вручить со всей помпой?

Едва сдерживая нетерпение, Мирской снял с телефонной базы трубку и стал набирать номер экспертной группы, как в дверь постучали и на пороге появился молодой симпатичный шатен в казённом мундире тёмно-зелёного цвета, на плечах которого красовались погоны старшего лейтенанта. В руке он держал коричневую папку.

— Разрешите войти, господин полковник? — вытянулся парень.

— Ты уже зашёл, Лисовяк, — потёр ладони следователь. — Чем порадуешь? А то я хотел в вашу богадельню звонить насчёт результатов по «Европе».

— Да, экспертизу провели, — Лисовяк сделал несколько шагов вперед и положил папку на рабочий стол Мирского, после чего вытянулся во фронт. — Коротко: физические отпечатки с рукояти пистолета тщательно стёрты, аурные же принадлежат двум неизвестным людям. Их в нашей картотеке нет. Принадлежат мужчинам, которым лет по тридцать пять-сорок.

— Уф, — облегчённо выдохнул Мирской. Не хотелось ему, чтобы Дружинин оказался причастен к убийству. Он открыл папку и стал внимательно читать, похмыкивая от удивления. — Утверждаете, что аурные отпечатки не принадлежат убитым, но, тем не менее, у нас вдруг фигурирует ещё один человек. Это, случаем, не господин Ерёмин?

— Исключено. Мы его проверили, данные ввели в картотеку на всякий случай. Совпадений нет, — покачал головой Лисовяк. — По всей видимости, один из отпечатков принадлежит Вагизу Тарханову, а вот хозяина второго мы не знаем.

— Дьявольщина какая-то, — потёр переносицу следователь. — Такого просто не может быть, учитывая узкий промежуток времени. Да, Тарханова камеры срисовали. А куда тогда исчез неизвестный фигурант? И что он там делал? Послушай, Саня, а вдруг невидимка?