Книга Герои чужой войны 2, страница 70 – Валерий Гуминский

* * *

— Про этот Могильник много чего рассказывают, — неопределенно махнул ложкой куда-то в сторону Лешак. Он сосредоточенно посмотрел в котелок, загреб остатки каши и тяжело вздохнул. — То ли нежить его охраняет или неизмеримое число чудищ, то ли магическая гадость. Так ли это — не знаю. Не было желания проверять.

Мы готовились проникнуть на территорию Могильника. Внешне граница никак не ощущалась. Просто лесное путешествие закончилось, и звериная тропка вывела нас к оврагу, ничем не примечательному. Обыкновенный овраг, тянущийся вдоль кромки леса. Заросший дикой малиной, крапивой, рябинником и всякой другой мелочью. Перейти через него не составило бы труда, но пришлось бы прорубаться через эти природные заросли. Меродор внимательно сканировал поле, раскинувшееся за оврагом. Его узкий аристократический нос нервно трепетал, и маг был похож на гончую, учуявшую след.

— Там кто-то есть, — кивнул он своим подбородком в сторону противоположного перелеска. — Я чувствую его, но не могу определить…

— Орки? — насторожился Альгорн.

— Знаешь, нет, — удивленно ответил маг. — Не орк, не эльф. Скорее — человек, но какой-то странный…

Что может быть странного в человеке? Его внешность, манера передвигаться, или он ликом страшен, аки зверь страшный? Меня рассмешила настороженность Меродора, но, как позже оказалось, он был не так уж и неправ в этой странности.

— Там есть опасность, или мы можем двигаться дальше? — теряя терпение, спросил я. Мне надоело стоять под солнцем, которое ощутимо пекло затылок и спину, упакованную в кожаный доспех.

Эльф еще раз вдохнул в себя воздух, напоенный ароматом луговых трав, и решительно тронул коня. Вперед тут же выдвинулись Альгорн и Иллор. Они проскочили вдоль оврага, нашли подходящий спуск, после чего весь отряд, следуя за ними, переправился на другую сторону.

— Ты, может, помнишь Борка Косого? — продолжил давний разговор Леший, и вопрос предназначался едущему впереди Барсу.

— Ага, — хмыкнул мечник. — Все тогда решили, что он спятил после двухмесячного блуждания в Чернолесье. Его уже считали мертвым, когда он появился в Кижах с совершенно безумными глазами. А многие смеялись, не верили в то, что он рассказывал.

— Я сразу сказал, что мужик заливать не будет. Не такой он — Борк. Да и вернулся весь седой. Это в тридцать годков, а? Не, Борк не был болтуном, — уверенно закончил Леший.

— Был? — с интересом прислушивавшийся к разговору Экор подъехал ближе к наемникам.

— А вздернулся он, — спокойно, даже буднично ответил Леший. — Кошмары, говорил, замучили, духи могильников. Они ведь за ним приходили, каждую ночь требовали отдать то, что он забрал оттуда. Борк много разговаривал со мной за пару дней до смерти, жалел, что поддался искушению, но обратно в Чернолесье идти отказывался.

— И что же он забрал? — в разговор включился Белек. Глаза его заблестели от предвкушения раскрытия страшной тайны, которая могла лучше понять мотивы поведения несчастного Борка.

— Он не показал, — пожал плечами Лешак. — Предупреждал, чтобы я не вздумал даже искать эту вещь, если что-то с ним, с Борком, случится. Нельзя брать из проклятых могильников вещи, даже пустяковую женскую безделушку, если там ее умудришься разыскать.

Воцарилась недолгая тишина. Каждый обдумывал последние слова Лешака, и никто не хотел прерывать молчание, только кони тихо всхрапывали и позвякивали удилами.