Книга Дорога в грядущее, страница 257 – Валерий Гуминский

— Московский гарнизон сохраняет преданность престолу, — заявил Возницын. — Но часть офицеров замечена в сближении с Трубецкими. Мы сначала не придавали значения этому факту, потому что не думали о поддержке ими Рода Романовых.

— Трубецкие из ветви Гедиминовичей, — подсказал цесаревич.

— Это ни о чём не говорит, — резко ответил император. — Покойный Патриарх Борис Васильевич был на хорошем счету у моего отца. Да и нынешний Глава Матвей Борисович старается дистанцироваться от Романовых.

— Может, хотел показать, что дистанцируется? — язвительно заметил Владислав. — Хорошо замаскировались, гады!

— Тем не менее, Ваше Величество, я неоднократно указывал в докладах, что Трубецкие относятся к колеблющимся, и в любой подходящий момент могут переметнуться на сторону наших противников, — добавил огня граф Возницын. — После чего спокойно возьмут власть в свои руки. Романовых они используют в своих интересах, как мне кажется.

— Это самоубийство, — хмыкнул Константин Михайлович.

— На такой шаг идут или от отчаяния, или с уверенностью, что будет серьёзная поддержка, — заметил император. — Никита, а ты что думаешь?

Приглашённый на встречу барон Назаров до сих пор сидел тихо, не особо вслушиваясь в разговор высших лиц государства, и про себя улыбался. Его ночное исчезновение из Ливадийского дворца в «Гнездо» прошло успешно и никем не было замечено. Дежурная смена боевых волхвов не уловила искажения энергетического пространства в «Вороньем», потому что в тот момент нарушала устав караульной службы: сладко похрапывала, понадеявшись на сигнальные маячки и систему «Химера», растянутую по периметру гостиничного комплекса.

— А что может связывать Великого князя Михаила Михайловича с Трубецкими? — Никита всё же не полностью отрешился от утреннего заседания.

— Да ничего, — сердито фыркнул тесть. — Михаил сейчас должен вести активные переговоры с англичанами и сдавать им все позиции, которые мы укрепляли последние несколько лет.

Государь укоризненно поглядел на брата.

— С Трубецкими он никогда не был близок, — не смутившись его взгляда, закончил Константин Михайлович.

— Ваше Величество, — обратился к Александру Никита. — Если наша операция привела к тому результату, которого Вы и хотели добиться, не пора ли явиться народу? Основные заговорщики известны, а мелочёвку потом выловят люди граф Возницына.

— Сначала нужно наказать особо воинственных, — голос императора заледенел, а по комнате промчался ощутимый холодный ветерок. Воздух стал потрескивать от избытка магической энергии. — Фёдор Ильич, где сейчас «войско» мятежников?

— Оно разделилось на две колонны. Одну удалось остановить возле Твери, а вторая, по всей видимости, успела ещё раньше уйти на Ржев. Оттуда, как полагают в Генштабе, она попытается через Осташков и Демянск прорваться к Великому Новгороду.

— Авантюра, — проворчал Великий князь Константин. — Достаточно перекрыть основные дороги, а на второстепенных поставить блокпосты — и вся затея лопнет, как мыльный пузырь.

— Если не учитывать, что к мятежникам будут присоединяться сочувствующие, — знающий ситуацию в Империи, граф Возницын не разделял оптимизма Константина Михайловича. — А они есть. Даже если в каждом крупном населённом пункте найдётся десяток идиотов, то по пути до Петербурга отряд Трубецкого усилится многократно.